Продолжу с того, на чем остановился в прошлый раз — с акта любви и страсти.Я немного удивился тому, что мама прижалась ко мне в жадном поцелуе и просто поддался ее рукам — хотя по — началу сквозь поцелуй пытался мычать что — то о том, что это неправильно, но вскоре перестал. Уж лучше я, чем эти придурки, как тот, с которым я ее видел в последний раз.Она толкнула меня на кровать, подобно голодной львице неистово содрала с меня одежды (сама — то она была голой, ведь я незадолго до этого застал ее с Наташей, если кто забыл), оторвалась набрать воздуха и прикусила губки. Затем упала мне на грудь и требовательно вильнула бедрами — видимо поскорее хотела ощутить это электризующее соединение наших «проводов». И вот оно, долгожданное вторжение. Легкий стон, эротичный смешок — и началась основная часть, страстная и бурная — были мы как голодные звери, нуждавшиеся друг в друге, акт длился несколько часов — пока мы оба не обмякли на кровати, усталые и довольные...Лиля оказалась нетривиальной — не стала спрашивать «Тебе понравилось?» или что — то в этом роде, как обычно делают женщины. Просто сказала хриплым голосом: — Ну, милый, сегодня ночью — приходи. Жду. — она провела коготком по моей груди. Я несмело предложил: — Слушай, а если... ты будешь только со мной, а я с тобой? Без этого дерьма, которое я видел вчера. Ведь я же тебя люблю, понимаешь? — Ну, если ты сможешь обеспечить меня всем необходимым в плане... — она погладила себя по клитору. — Хорошо, милый. Только ты и я. Во всяком случае, попробуем.Нужно ли говорить, что я был на седьмом небе от счастья?А теперь — назад, к школьным тайнам. В те дни все шло как обычно — разве что домой я прибегал быстрее, а с Татьяной уже расстался. Ей наши встречи уже начали нравиться и в последний раз она даже позволила мне заняться ее упругой попкой. Наташа, мелкая шлюшка, краснела и убегала, стоило мне появиться на горизонте — но я и не искал с ней встречи.Я перестал бегать с пацанами к женской раздевалке и подглядывать туда — лицезреть гораздо более прекрасное женское тело я мог видеть несколько раз в день. И пользоваться им, любить владелицу этого тела.Однажды, после уроков я толкался во дворе с ребятами и болтали — о девчонках. Вдруг Витя, не то чтобы друг, а так — из одной компании да и говорит мне: — Но мамка — то у тебя какая! Чисто с подиума сошла, я отвечаю. Братюнь, без обид, но я бы ее так... — похотлио сверкая глазами проговорил Виталий, прежде чем моя рука опередила мысль — и не сделала превосходный хук. Тогда Артём, связующее звено в цепи компашки помогает ему подняться и говорит: — Витя, не лезь. Поменьше языком чесал бы. Все же, мать парня. А Антон непросто приблудный, наш, как сейчас модно говорить, бро. Андрей, отойдем.И отошли. — Ну и что ты так взбесился — то? Потолкался бы, поругался. Ты ж ему искры из глаз выбил.Когада у человека есть какая — то тайна — он непременно хочет о ней кому — то рассказать. Какая бы тайна не была. Особенно другу. Особенно, когда это такой резонер.И тогда я все ему рассказал. И про то, как Татьяну пёр до этого, и даже про маму. Слова сами лились из моего горла.Артём стоял с открытым ртом, покачал головой. — Эротики начитался на sexytales что ли? Или все правда? — я кивнул. — Тогда с каких ты треплешься об этом? — Мы же друзья. И мне нужен твой совет. Как мне с этим быть? — То есть — как быть? Не размышлять и трахаться. Вести отношения, скрытные, разумеется. Кстати, вон твоя мама подъехала. — Спасибо за совет, Тём. — Обращайся. — — ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------Рассказывает Лиля.Подъехала к школе и вышла из машины. Короткое красное платьице, длинные каблуки — мальчику должно понравиться. Хотя больше ему понравиться все это с меня содрать. Ммм...Забавно, видя
