кончил не так быстро, как мог бы — потому что влагалище Нины было совсем мокрое и раскрыто гораздо шире обычного, так что трение почти не ощущалось. Наверное, и матка тоже раскрылась, так что член Олега теперь при каждом движении заталкивал вглубь сперму Ивана... впрочем (что за ерунда лезет в голову!), — какая разница, лишь бы сбылась Ниночкина давняя мечта. Может быть, сегодня всё-таки произойдёт чудо?..
После того, как излился Олег, у Нины уже не было сил делать стойку. Ей просто подложили вторую подушку, и она лежала с приподнятым тазом, расслабленная и счастливая. Мужчины легли по сторонам от неё, ласкали в четыре руки, обнимали, гладили груди и живот, целовали щёки. Нина разбросала руки, обняла обоих своих кавалеров. Подушки из-под неё убрали, одну переложили под голову. Все втроём укрылись одеялом, прижавшись друг к другу.
Полежали, отдохнули, и Нина стала заигрывать сразу с обоими, поглаживая и щекоча — в каждой руке по члену. Первым отозвался Иван: после его оргазма прошло больше времени, к тому же он был моложе Олега. Нина ощутила под рукой приятную твёрдость. Иван осторожно перебирал пальцами нежные лепестки её половых губ, и совсем скоро Нина повернулась к нему, приобняла и тихонько сказала: «Иди ко мне...» Он не стал экспериментировать с позами, просто лёг на неё, но она тут же подтянула ноги к груди и положила ему на плечи. Теперь Иван двигался медленно, как бы ввинчиваясь в Нину. Она постанывала от удовольствия при каждом его движении. И вот снова он на мгновение крепко сжал её в объятиях и одновременно резко подался вперёд. Она вскрикнула от острого ощущения, а потом только простонала: «Ой, Ванечка...»
Олег, наблюдавший за всем этим, давно уже возбудился, так что передышка у Нины была недолгая. Поцеловав её, Олег шепнул, чтобы она встала на четвереньки.
Нина опиралась на локти, головой упиралась в подушку. Только так можно было удержаться при мощных толчках Олега. Его член каждый раз дотрагивался до матки, доставляя Нине необыкновенное блаженство. Наконец, он, крепко держа её за талию, изо всех сил прижался и замер, и она снова ощутила у себя внутри тёплый всплеск. Всё. Сил больше не было ни на что.
Нина легла на бок и уютно свернулась калачиком, поближе к стене — чтобы не касаться мокрого пятна, оставшегося в центре простыни. Пробормотала: «Мальчики, как же мне хорошо!...» Её заботливо укрыли, и через минуту она уже крепко спала.
