Марина крепко спала, когда сын тихо приоткрыл дверь ее комнаты. Он был очень возбужден и знал что не заснет этой ночью. Слава несколько минут простоял в темноте — не решаясь подойти поближе к постели.
В 14 лет Слава впервые почувствовал сексуальное желание к своей матери. Теперь ему было 18, и все это время его чувства к ней становились все сильнее. Марина была очень красивой женщиной — высокой, стройной, с потрясающей фигурой. Такой красоты и женственности Слава не замечал среди своих сверстниц, считал их малолетками, и не мог понять почему ему нельзя хотеть красивую, сексуальную женщину — будь то его мать или нет. Он ни как не примирялся с судьбой — неужели он всю жизнь проживет с мамой, но так и не отведает ее вкуса — довольствуясь лишь ее образом, жадно мастурбируя перед сном.
У них были очень теплые и дружеские отношения, как часто бывает, когда ребенок растет без отца. У них почти не было тайн и стеснений между собой. Слава всегда делился своими чувствами с матерью, и порой разговаривал с ней не как с матерью, а как с подругой. Именно эти сверхдружеские отношения во многом стали причиной комплекса Славы. С каждым днем Славе все труднее было сдерживать себя — кровь кипела в его венах, каждый раз когда он смотрел на нее, на ее глаза, губы, волосы.
В тот вечер Слава сидел перед телевизором, когда в комнату вошла его мать. На ней были лишь тоненькие, прозрачные трусы.
Прикрыв рукой обнаженную грудь, она легла на кровать, не обращая внимания на сына. Перед сном Марина иногда ходила в таком полуобнаженном виде, наивно не замечая жадных взглядов сына. Слава, еле удерживаясь на стуле, незаметно смотрел на нее. Какая она красивая, думал он. Ему так хотелось высвободить свои чувства, обнять ее нагое тело, и исцеловать с губ до пяток. Он продолжал ласкать взглядом ее бедра и грудь, и скоро не выдержав незаметно встал, и подошел к двери. Он встал позади нее так, чтоб она его не видела, но он прекрасно видел ее длинные, обнаженные ноги. Он тихо засунул руку себе в трусы, и начал дрочить свой взбесившийся член. Вдруг зазвенел телефон, и Марина обернулась. Слава растерялся, быстро вынул руку из штанов, и выбежал из комнаты...
Теперь она лежала перед ним — такая красивая и беззащитная. Она крепко спала, обернувшись на бок — спиной к нему. На ней было тоненькое полотенце, которое нежно облегала ее красивую фигуру, подчеркивая изысканные бедра и талию. Слава дрожал всем телом, не потому что было холодно, а потому что он собирался сделать то — что давно задумал уже давно. Поток мыслей разрывал его голову, он не знал чем это может кончится. Ему становилось плохо лишь от мысли, что мать проснется, и увидит его — голым, стоящим над ее постелью. Но гормоны молодого тела, затмевали разум. Он подошел к ней — и прошептал ее имя. Марина не отреагировала. Тогда блудный сын нежно дотронулся до ее плеча, слегка дернул ее, но и тогда она не проснулась. Убедившись, что она крепко спит, Слава осторожно стянул с себя трусы, и его возбужденный член высвободился на волю. На секунду он почувствовал отвращение к себе — он был похож на извращенца — стоя совсем голый над своей спящей матерью, и собираясь сделать непростительное и необратимое. Но он не остановился. Еле сдерживая свое шумное дыхание, Слава дрожащей рукой опять дотронулся до нее. Он постепенно двигал ладонью все ниже, пока его рука не дошла до ее бедра. Он медленно стянул с нее полотенце и тут замер — теперь он наконец мог разглядеть свою принцессу, теперь никто ему не помешает. В лунном свете ночи Слава смог разглядеть ее пышную, белую попку — на которой были такие же белые тоненькие трусы. Он продолжал стягивать полотенце, вскоре обнажив ее спину и грудь. Он никогда еще не испытывал таких чувств — грешных и безумно сладких одновременно. Сердце мальчика колотилось так быстро, что казалось скоро выскочит из
