Часть 1. Я и мой отец
Моя жизнь очень изменилась с тех пор, как я понял, насколько открытым может быть твой собственный отец. Я рано потерял мать, она умерла от рака, когда мне было всего четыре года. Отец не стал жениться повторно, и сам занимался моим воспитанием. Еду нам готовила сестра отца, которая жила с нами по соседству, а иногда и он сам, причём делал это отменно.
Мы жили в двухкомнатной квартире, место было предостаточно для двоих. После того, как мама нас покинула, мне стало очень страшно спать самому в отдельной комнате, часто снились кошмары. Поэтому я упросил отца, чтобы тот разрешил мне спать вместе с ним в одной постели (за неимением места). Поначалу он смущался, но потом дал согласие.
Я не знаю почему, но меня в детстве всегда возбуждал вид мужского полового члена. Я не был геем и не являюсь им сейчас, на данный момент женат и воспитываю уже взрослого сына и маленькую дочь. Просто сам вид члена у взрослого мужчины тогда очень интриговал меня, причём какого-либо возбуждения при этом я не чувствовал, но это был обычный интерес для удовлетворения детского любопытства.
Однажды папа пришёл с работы очень поздно — я уже почти спал. Мне было тогда 9, 5 лет. Он вообще никогда не пил (за исключением первых нескольких месяцев после маминой смерти) и был всегда трезвенником. Но в этот раз он был немного пьян, но я тогда не мог этого установить. Я быстро заснул и спал очень крепко. В ту ночь мне снились первые в жизни эротические сны — фантастический мир, полный обнажённых людей с крепкими телами. Я был среди них, причем, будучи уже в полностью повзрослевшем теле и абсолютно не стесняясь своей наготы — ходил, беседовал с мужчинами, удивлялся большим неземным размерам их членов. И вдруг почувствовал, как в моём собственном члене начало нарастать какое-то очень приятное незнакомое ощущение. Это было настолько хорошо, что я проснулся (тогда уже светало) и увидел, что мой отец придвинулся рядом ко мне, крепко сжал в своих руках мой член и его разминает. Поначалу я испугался, подумав, что он стал сумасшедшим, раз делает такие странные вещи. Но он просто спросил:
— Сынок, тебе приятно?
Я просто кивнул, и это было чистой правдой. Он сказал, что я уже почти взрослый, и мне следует знать, как это «быть мужчиной». Он также упомянул, что сейчас мой член подарит мне очень приятное удовольствие, и что если я хочу, то мне следует позволить ему самому делать. Мне было очень интересно узнать, во что превратится приятная истома в паху, поэтому я отдался в руки неизвестности. Член был полностью эрегирован, но возбуждение нарастало относительно медленно, отец не спешил. Он очень осторожно массировал мой член, но в то же время упорно и настойчиво. Краем глаза я увидел, что его крупный член в плавках такой же вздыбленный, каким был в этот момент и мой. Тогда я ещё совершенно не знал, что это означает. Как бы там ни было, для меня было огромным откровением узнать, что в моём теле есть такое место, которое может доставлять мне огромное удовольствие. Приятное ощущение всё нарастало и, наконец, взорвалось сотнями искорок острейшего кайфа у меня в голове. В испуге от такого неизвестного чувства я даже негромко вскрикнул, думая, что это мой конец, и что я сейчас уйду к маме на небо. Но отец прижал меня к себе, утешая и говоря шёпотом, что всё нормально. Оргазм стих и я успокоился. После этого целый день раздумывал, как такое интересное ощущение могла со мной произойти. Повторять его снова почему-то не хотелось, но любопытство возрастало всё больше и больше. После этого отец общался со мной, как ни в чём не бывало, как обычно. Наконец, однажды я не вытерпел и попросил и попросил вечером, чтобы он снова меня там помассажировал. Он улыбнулся и погрозил пальцем. Вообще, у меня клёвый папа — мы всегда с ним во всём ладили, словно мышление у нас обоих общее. Но прежде чем снова делать, он познакомил меня
