девчонка.
Танька, тем временем одевшись и приведя себя в порядок, вынула кассету и уверенно подойдя к моему шкафу и достав мой дипломат, где я храню всякое барахло, сунула её под тетради. Вот сволочь! Я так и подскочил с кровати. Это же та самая кассета! Я даже потерял на время возможность толком соображать. С год назад я, открыв для себя, что приятно дрочить не только перед зеркалом на самого себя, но и писать все свои развлечения на плёнку, а потом просматривать, тоже приятно. И я регулярно пополнял кассетку, стараясь запечатлеть всё и вся. Потом настали описываемые мной сейчас события, и я забросил это дело в долгий ящик. Но я никак не думал, что это может попасть в чужие руки. Там ведь всё так откровенно. Несмотря на то, что в доме я был один, моё лицо горело от стыда. Не зная, что делать я слонялся по квартире и ругал Таньку за столь наглое отношение ко мне. Смотреть, как я онанирую, да ещё дрочиться самой, это уж слишком. Но, понимая, что она повторила лишь мой проступок, я стал потихоньку остывать и решил оставить всё как есть. Пускай кассета лежит себе на месте, а я лишь получу дополнительный козырь, в случае провала, в своё оправдание. К тому же мне льстило, что Танька, как и я балдела от подобного просмотра. Пускай всё будет как есть, ничего уж не поделаешь, решил я и успокоился.
Последующие Танькины развлечения, непременно начинались с извлечения из моего тайника кассеты и внимательного просмотра. Танька иногда просматривала отдельные эпизоды по нескольку раз, и затем, кончая, возвращала всё на место. Я же не упуская возможность лишний раз словить кайф, дрочил на пару с ней. И вот когда меня уже посетила мысль подкинуть Таньке туда что-нибудь новенькое, как бы назначай, продолжив записи. На очередном просмотре, меня опять ждал сюрприз. Так вот в очередной раз, просматривая вчерашнюю запись я убедился в том, что поступил неправильно, оставив на прежнем месте свою кассету. Ранее не вдаваясь в особые подробности, я не описывал то, что помимо Танькиной мастурбации, мне удавалось отснять различные моменты интересные только лишь мне. Приход её подружек, их разговоры и в том числе обо мне и т. д.
Самой верной подружкой у Таньки была Наташка. Они постоянно часами трепались или по телефону, или же таскались чёрт знает где по городу. Наташка частенько захаживала и к нам. Один раз мне удалось отхватить момент, где девчонки примеряли новый Наташкин купальник, и я какое-то мгновение мог лицезреть Наташкину грудь. Остановив на паузе запись, я тогда с удовольствием вздрочнул на её прелести. В этот раз мне пришлось перемотать кассету почти до конца, так как Танька умотала с утра на пляж, и смотреть было нечего. Но вернулась она не одна, а с Наташкой. Та ещё с порога торопила Таньку выполнить своё обещание и девчонки прошли в нашу комнату, где Танька уверенно достала мою кассету и, заверив Наташку, что для подруги нечего не жалко, воткнула её на просмотр. Такого я от неё, конечно, не ожидал, и мои слова бессильной злобы так и сотрясали стены нашей квартиры. Но поделать я уже нечего не мог.
Девочки между тем уставились на экран, где я весьма активно занимался онанизмом. Наташка первые полчаса сидела, густо покраснев, и только и повторяла, что-то вроде «ого-го» и «ух-ты». Танька же, ехидно посмеиваясь, изредка комментировала происходящее на экране. Честно говоря, я надеялся, что подобный просмотр закончится у них как минимум коллективной дрочкой. Но просмотрев всю кассету, Наташка вся в словах благодарности утопала домой, а Танька полезла в ванную, где как я думаю мастурбировала — уж больно долго её не было. На том эта запись и кончилась. Я же долгое время пребывал в состоянии транса от произошедшего, и у меня всё сильней назревала мысль, о желании отомстить столь коварной моей сестрёнке.
Как и у всякого нормального человека у меня, конечно, были друзья. И среди них мой друг детства Андрюха.
