краснея.
— Нет, это ты извини.
С этими словами Настя приникла страстным поцелуем к моим губам. Мне не оставалось ничего другого, как обнять ее — так крепко и нежно, как я только и был способен. Аромат ее волос дурманил, нежные прикосновения уносили далеко-далеко, за сотни миль от тесной комнаты, набитой хламом, от скучного университета, от загазованного мегаполиса на берегу мелководной речушки — за облака...
Анастасия, прикрыв глаза, продолжала покрывать горячими поцелуями все мое лицо. Ее пальчики в это время судорожными движениями расстегивали пуговицы моей рубашки. Я же одной рукой гладил ее приятной округлости попку, другая рука давно уже прокладывала себе путь под свитер — к волнующе гладкой коже настиной груди. За дверью послышались голоса и чей-то идиотский смех.
— Надо дверь закрыть! — я отпустил девушку, схватил ключ со стола и торопливо повернул его в замке.
Обернувшись, я не поверил своим глазам. Настя сидела на полированном письменном столе За каких-то 10 секунд, пока я отворачивался, она успела стянуть с себя свитер и джинсы, оставшись в кружевных шелковых трусиках. Моя возлюбленная была так прекрасна в своей наготе, казалась настолько небесно-воздушной, что несколько долгих мгновений я просто наслаждался чудным зрелищем, не решаясь прикоснуться к этой неземной красоте. Заметив мою нерешительность, девушка поманила меня пальчиком:
— Ну же, Ромочка. Сделай меня счастливвой...
Подойдя к Насте, я вновь горячо поцеловал ее в губы, но не стал задерживаться на них, а скользнул вниз — к точеной, лебединой шее, к упругой гладкой груди. Лизнув вишневый сосок, я уловил ее сладостный шепот-стон. Рука моя вела себя куда смелей, проникая под влажную ткань ее трусиков. Я провел рукой по губкам, потом осторожно ввел палец в святая святых девушки, нащупав набухающий бугорок.
Настя подалась вперед и начала ритмично двигать бедрами:
— Ну же!... Возьми меня...
Я никогда не даю повода девушке просить меня дважды. Сбросив одежду, хватаюсь руками за попку Насти и медленно вхожу в нее.
— А-а-ах!... — девушка отрывисто вскрикнула и попыталась меня обнять.
Мы начали двигаться: сначало медленно, затем — все быстрее и быстрее. Настя тихонько постанывала, закрыв гдаза и закинув голову. Как это чудесно — самому регулировать темп! Чуть только я чувствовал, что тяжелая и теплая волна подступает к низу живота, как тут же замедлял движения. А когда ощущение проходило, разгоял девушку до бешеной скорости, как машинист, выжимающий из локомотива полную мощность. Это восхитительно — видеть, как в такт сильным ударам вздрагивают острые грудки девушки, слышать, как меняется ее дыхание, как стон переходит в сладострастный крик.
Апофеоз наступил одновременно. Почувствовав, как влагалище Насти плотно сжало мой член, я увеличил скорость до предела. Стоны и вскрикивания любимой слились в один общий звук. Она дотянулась руками до моих лечей и сжала их со всей силой, на которую была способна.
Через несколько секунд все кончилось. Я привлек девушку к себе, и она, открыв глаза, тесно прижалась щечкой к моей щеке.
— Ах, милый, что же теперь будет!..
— Не беспокойся, Настёнка, я тебя люблю, нам теперь будет хорошо вместе.
Время показало, что я не ошибся. Нам было хорошо еще много раз. Но это уже совсем-совсем другая история...
