Я готова. Я выхожу на улицу, иду к метро. Сажусь в поезд и еду на другой конец города. Там я выхожу на улицу, время — ночь, везде темно. Я иду, сама не зная куда, решаю это по пути. Через некоторое время я сворачиваю с оживленной улицы и направляюсь к старым хрущевкам. Здесь, в этих дворах нет ни души, свет горит лишь в паре окон; те, кто не обходят такие места стороной, проходят по ним быстрым шагом. Для моей цели это идеальное место.
Останавливаюсь около стены, осматриваюсь. Да, место подходит: к стене прикреплена водосточная труба, если я расположусь здесь, то меня обязательно заметят. Пора готовиться.
Я снимаю с себя всю одежду, откладываю в сторону. Потом достаю из спортивной сумки металлическую перекладину для фиксации ног, кляп, повязку для глаз и наручники. Сначала я одеваю на шею цепочку с ключами от наручников. Холодный металл приятно прикасается к моей коже. Теперь кляп — резиновый шарик на веревке. Раздвигаю ноги и приковываю свои щиколотки к концам перекладины. Кое-как подхожу к стене. Беру наручники, одеваю на глаза повязку, туго завязываю, потом поднимаю руки и на ощупь приковываю себя к водостоку. Теперь все готово.
Вид со стороны. У старого дома лицом к стене стоит молодая голая девушка. Ее руки подняты вверх, наручники связывают тонкие запястья с металлической трубой, а ключ от них — у девушке на шее — так близко и далеко одновременно. Ноги девушки раздвинуты, она не может соединить их. За счет этого сзади видны все ее достоинства: темное колечко ануса, по которому видно, что его не раз растягивал мужской член; половые губки, набухшие от возбуждения. На лобке нет ни единого волоска, это придает девушке еще большую беззащитность. Груди девушки еще молодые, твердые, соски торчат в ожидании быть пощипанными, оттянутыми, покусанными. На глазах девушки повязка, во рту — кляп, так что она полностью беззащитна.
Эти мысли доводят меня почти до оргазма, я чувствую, как горячие струйки текут по моим бедрам, но я ничего не могу с собой поделать. Я начинаю тереться о железную трубу, но мои движения слишком ограничены, чтобы от этого кончить. Холодный металл касается моего клитора и живота, каждое такое прикосновение вызывает во мне волну удовольствия. Но я не могу от этого кончить, мне нужна мужская помощь, мне нужно чем-то заполнить пустоту внутри себя.
Вот мой шанс — я слышу, как ко мне приближается несколько не совсем трезвых мужиков. Я могу только их слышать, ведь глаза завязаны. Кажется, я попала в их поле зрения, они на мгновение смолкли, потом я услышала несколько слов шепотом, которых не разобрала. Приближающиеся шаги. Они либо освободят меня, либо вызовут милицию, либо изнасилуют. Я хочу последнего, я здесь только ради этого. Вот они уже за моей спиной. Я слышу, как они обсуждают меня, называя грубыми словами. Мне нравится, когда меня так называют, шлюхой, блядью.
Один из мужиков решается дотронуться до меня. Я чувствую его грубые пальцы на своей спине, они медленно опускаются вниз, он проводит рукой по моей попе, сжимает поочередно ягодицы, потом просовывает руку между ног. Он восторженно сообщает товарищам, что я вся мокрая, а значит — хочу трахаться. Он начинает бесцеремонно лапать меня, сильно сжимать груди, бедра, в его действиях нет ни намека на ласки.
Но долго это не длиться, помучив меня, он подходит вплотную, и я чувствую, как головка его члена упирается мне в промежность. Помогая себе рукой, он вставляет свой член мне во влагалище и начинает сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее трахать меня. Я чувствую, что член у него большой — когда он входит в меня на всю глубину, я чувствую боль внутри себя — головка упирается в стенку матки. Чуть-чуть болит и растянутое больше обычного влагалище. Мужик ускоряет темп, выкладывается на полную. Если бы не кляп, я бы закричала от боли, но из моего рта вырываются только взвизгивания и стоны.
