Госпожи, конечно.
— Покуришь?
— А можно? Спасибо, Госпожа!
— Иногда...
Госпожа садится в обычное кресло, разрешает мне взять из пачки сигарету, велит разуть одну свою ножку, ту которая ... закинута ею сверху, закурить сигарету и вставить её между своим большим и вторым пальчиками заженным концом вверх. Я подобрался со стороны стопы и осторожно втягиваю в себя дым, курю, а ножка иногда отдегивается и я ловлю губами фильтр, Госпожа добра и слегка забавляется! Половина сигареты скурена и жар подступает к бесценной стопе, Госпожа выдергивает и топчет окурок носком обутой ножки. Я обцеловываю её и после этого отлепляю губами окурок от подошвы, задранной вверх и съедаю его еще горячий.
— Теперь вставай, надоел ты мне под ногами. Сейчас и я покурю...
Я в ошейнике со спускающейся вниз цепью поводка пристегнут к Х — образному кресту ремнями за запястья и щиколотки. Центр креста жестко фиксирован на толстый штырь к стене и легко вращается. Я полностью голый перед Госпожой, которая стоит против меня близко-близко в поднятой руке длинный мундштук с длинющей сигаретой. В зубах у меня заженная свеча, воск медленно сползает к губам. Подождав для торжественности, она прикуривает сигарету от огня свечи, затем дает мне пощещину и свеча отлетает из моего рта и падает, затухая, на пол.
— Итак, что ты можешь сказать о своей Госпоже?
— Ваше величество! Моя любимая Госпожа! Вы самая великая и красивая женщина на всём белом свете и во все времена!
— Так, начало не плохое.
— Вы самая прекрасная, самая обаятельная, самая изумительная, привлекательная, сексапильная, манкая, милая, привлекательная, добрая, незабвенная, очаровательная, волшебная, дивная, миловидная...
— Милая, добрая, миловидная... Что-то ты забылся, перегибаешь раб!
Её правое колено резко упирается мне в пах. Я вскрикиваю и сгибаюсь от боли. Госпожа затягивается, сбрасывает пепел щелчком длинного красного ногтя на мой услужливо высунутый язык, а потом выпускает дым в моё лицо и сдувает комочек пепла в моё горло. Успеваю проглотить. Колено продолжает прессовать мой вздыбившийся член.
— Вы самая лучшая, самая справедливая на свете! Вы — совершенство, идеал, кумир! Вы самая дивная, обворожительная, самая умная, самая искренняя, умопомрачительная, грандиозная, фантастическая, клёвая, самая дурманящая, потрясающая, шокирующая, обалденная...
— В принципе нормально, но вот умопомрачительная, дурманящая... Получается, что я Госпожа, которая царит в дурдоме... Так могут подумать... Госпожа у придурков...
Колено опускается ниже и я получая жесткий удар прямо по яйцам. Члену было больно, но когда по ним — несравнимо, до крика больно. Пепел на язык, клубы дыма из карминовых губ Огненной Кошки мне в лицо, очередной пинок коленом под яйца. Всхлипываю от боли:
— Вы — солнце! Прекраснейшая роза, райская птица, бриллиантовая звезда, океан прелести, сладчайшая нега, сокровенная мечта, муза любви, самая удивителная и поразительная женщина на свете!
— Отлично!
— Самая отличная...
— Это плагиат!
Госпожа перехватывает мундштук левой рукой, а правой обжимает каблук согнутой ноги и уже рукой двигает свое упёртое колено мне в гениталии. Я вскрикиваю. Она с любопытством изучает мои гримасы от боли. Ещё удар. Боль нестерпимая. Лицо раба окутано выдыхаемым дымом.
— Госпожа прошу Вас... не надо!
— Ты скуп на комплименты!
Рука Госпожи ещё трижды двигает ногу за каблук вперед. Я почти теряю сознание от боли.
Госпожа опускает руку с мундштуком и слегка касается горящим кончиком сигареты моих сосков. Боль в новом месте отвлекает от той, что в паху. Соски снова под огненным косанием сигареты. Дым, выдыхаемый в лицо, разъедает глаза.
— Госпожа, вы самая моя любимая... самая-самая лучшая в целом мире!!!
