это происходит со мной? Ни с Анжелкой, ни с Викой, а со мной?». Она прикрыла голову ладонями, пытаясь представить, как будет выглядеть без волос, но волосы всё равно было видно, и ничего представить не получилось. «И что скажет Гарик?» С Гариком Лена была знакома уже пол года. Сын владельца строительной компании, заядлый рок-н-ролльщик был лидером среди своих сверстников и о нём мечтала вся девичья половина школы. «В конце концов, ведь это не главное для взаимоотношений между людьми», — утешала себя Лена. Может до завтра всё таки что-то изменится, но что? Оставалось ждать только следующего дня и надеяться на чудо.
На следующий день мать вернулась поздно. Она поднялась в комнату Лены. Лена сидела за учебниками. Она подошла и обняла дочь. Лена отдёрнулась.
— Я купила всё что нужно. Браун, самый лучший. Это не займёт много времени. Заканчивай и пошли в ванную.
— Мама, мы уже говорили, делай со мной что хочешь, но я не могу.
— Тогда пойдешь в спецприёмник, и там будет то же самое, но домой не пущу.
— Мама!
— Я жду внизу, — Мария Александровна спустилась в ванную, Лена побежала за ней.
— Ну я прошу тебя, мама, давай просто пойдём к Тане и сделаем мне каре, или боб, я на всё согласна, но только не под ноль.
Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала «Ну вот и всё». Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка.
— Соколовская, а ты чего в бандане? — Анжела присмотрелась, — ты что? Лысая что ли? Анжелу начал разбирать смех. Соколовская? — ты лысая Кто тебя обрил?
— Отстань, — сказала Лена и уселась за свою парту.
— Вика, иди — посмотри, не поверишь, — Соколовская лысая,
... — Да ты что?
— Бля буду, как яйцо.
У Анжелы
