красненькие трусики с узором. Несмотря на то, что они были красивыми, я сразу же схватился за них и начал медленно стягивать. Нацуми почему-то воспротивилась этому, скрестив ноги. Видимо, остались еще капли стеснения. Я стянул трусики до колен, и прильнул губами к ее нежным половым губкам. Интимная роза японки не была выбрита гладко, но и зарослей там не было, как в японских порнофильмах. Вполне ухоженное лоно. Сначала я покрыл ее подружку нежными поцелуями, а затем начала ласкать языком клитор. В этот момент Нацуми стала издавать легкие еле слышные стоны. Мне хотелось войти в нее прямо сейчас, но в то же время не хотел оставить ее без оральных ласк. Киска моей японской возлюбленной была мокрой. Я своим языком только добавлял ей влаги. Через мгновение я почувствовал, как Нацуми начала зажимать мою голову своими ногами. Я в свою очередь, осознав, что ей хорошо, начал покусывать половые губки.Логично было бы дать этому лепестку сакуры поласкать мой член, дабы я тоже получил удовольствие, но мне уже не терпелось войти в нее. Моя главная мечта и фантазия последних шести месяцев — это побывать в Нацуми. Ощутить себя внутри ее. Я приподнялся, снял свою рубашку и быстро стянул штаны. Нацуми смотрела на меня, предвкушая скорый секс. Вероятно, она ждала этого так же, как я. Я стянул штаны лишь до колен и тут же повалился сверху на Нацуми. Прежде чем вставить свой член в ее лоно, я несколько раз поцеловал ее в губы, в шею и грудь. Только затем я взял свой член и направил его между половых губок влагалища, которое так манило меня все это время. Только просунув головку, я уже получил удовольствие, от которого можно было и помереть. Мне было страшно, что если я засуну член полностью, то кончу и опозорюсь, но выбора небыло. Я протолкнул свой член глубже. Нацуми закрыла глаза от удовольствия. Японская эротическая постановка «Киото — город любви» началась. Я начала совершать поступательные движения, наслаждаясь каждой фрикцией, что я делал. Вместе с этим я ласкал правой рукой нежную молочную грудь Нацуми, дергая ее затверденевший сосок. Через несколько секунд Нацуми издала пару стонов, и тут же закрыла себе рот рукой. Конечно! Ведь в доме были ее родители, строгой японской закалки. Вряд ли ее отец прибежал бы с ружьем в комнату, но нам потом было бы неловко. С закрытыми глазами, Нацуми кусала себе ладонь с каждой новой фрикцией. А я был так счастлив, занимаясь любовь с девушкой своей мечты, что сам еле сдерживался, чтобы не завопить. Такого удовольствия от секса я ещеия занимаясь любв любвоь с девушкой своей мечты, что сам еле сдерживался, чтобы не завопить. никогда не получал. Мне резко захотелось риска и я схватил руку Нацуми, которой она закрывала себе рот. Сразу послышались стоны. Не таки громкие, чтобы были слышны на весь дом, но все-таки. Я вцепился своими губами в ее нужные ласковые губы, и стоны превратились. Ощущения от того, что я одновременно входил в девушку и целовал ее — были просто невероятными. Я чувствовал, что скоро кончу... и сделаю я это прямо ... в нее. Поцелуй, который происходил между нами, настолько участил мое сердцебиение, что казалось, он выскочит из груди и покатится по полу. Когда я прекратил ее целовать, она снова начала стонать. Я отпусти ее руку и она снова закрыла себе рот. Я участил свои фрикции, приближая себя к эикуляции. Невольно из моего рта начали доноситься легкие стоны от получаемого удовольствия. Но мне не хотелось кончать в Нацуми. Вероятно, я уеду, а она останется и что тогда будет? Когда подошел момент излить свою семенную жидкость, я вытащил свой член. Струи спермы потекли по животу девушки, скатываясь к ее лоно. Я просто рухнул на Нацуми и продолжил ее целовать.Через минуту поцелуев я лег на спину, эмоционально ослабленный фактом, что, скорее всего, наслаждение окончено. Конец представления, занавес, зрители расходятся, а один из них и вовсе уходит навсегда.
