отвела свои руки назад, позволяя ему снять с неё блузку.
У меня перехватило дыхание. Моя мамочка сидела полуголая, с задранной до самой задницы юбкой, расстёгнутый бюстгальтер лишь слегка прикрывал огромные груди. Руки Славика снова скользнули по её голым плечам, и мать замерла на мгновение... её лифчик тоже оказался на полу.
Оторвавшись от её губ, я жадно разглядывал груди мамочки. Полные, с большими сосками, они были достойны украсить любой мужской журнал. Это был бюст моей матери. Моей собственной матери, которую раздевал её племянник! Многие скажут, что я должен был попытаться остановить его. Да, у меня была такая мысль. Но когда мои пальцы скользнули по тёплой, мягкой плоти, коснулись твёрдых сосков, я забыл обо всём.
Мать шептала что-то, в то время когда я ласкал её груди...
Я видел руки брата, поглаживающие её ноги. Я продолжал сжимать груди и слышал её тихие стоны. Она выгнула спину, сильнее прижимаясь к моим ладоням. Мамочка, казалось, не замечала, как руки Славы всё выше поднимаются по её бёдрам... Я уже был готов к тому, что увижу не только её груди и бёдра...
Но когда его ладонь скользнула к её промежности, мать вздрогнула и умоляюще зашептала...
— Пожалуйста, остановитесь! Прошу вас, мальчики! — не надо, вы не должны этого делать! — и она попыталась встать.
Но ладонь Славы, уже накрыла холм внизу живота матери.
Сквозь капрон колготок белели трусики... Славик стал тереть серединку холмика пальцем, погружая его... Мама застонала и непроизвольно развела ноги пошире... Было ясно, что мамочка была возбуждена не меньше, чем мы. На её лице было смущение и беспокойство, и она всё ещё слабо сопротивлялась, но вскоре расслабилась и откинулась на спину. Ладонь Славика теперь беспрепятственно скользила по обтянутому капроном упругому бедру, вверх... к резинкам колготок и трусиков.
Я с диким возбуждением наблюдал за действиями двоюродного брата. Я уже не сомневался, что он сможет осуществить свой план и трахнет мою мамочку прямо здесь, в моём присутствии. И я не хотел препятствовать ему!
Мать смущённо посмотрела мне в глаза и, видя с каким вожделением я рассматриваю её тело, стыдливо обхватила мою голову руками и повернула к своему лицу. Она приоткрыла рот, подставляя мне губы, и мы снова слились в страстном поцелуе. Наши языки сплелись, скользя изо рта в рот, я тискал её груди, а она всё сильнее прижималась ко мне.
Через минуту я почувствовал, как мать приподняла бёдра, и услышал шорох стаскиваемой юбки... Я повернул голову, несмотря на слабые попытки матери удержать меня, и посмотрел вниз.
Славик снимал с нее колготки и трусы...
Мама тихо постанывала, но даже не пыталась остановить нас.
Она лишь смущённо уткнулась лицом в моё плечо, прижавшись ко мне и поглаживала мою голову. Славка приподнял ноги матери и... я видел, как его вздрагивающий член плавно скользнул во влажную промежность...
Мама ахнула и... развела ноги еще шире, облегчая Славке проникновение.
Славка чуть помедлил, подмигнул мне и... резко качнул тазом!
Мама ахнула и застонала!
Мой собственный хуй готов был взорваться в штанах. Следующий толчок Славика был более резким, и он начал трахать маму все быстрее и быстрее.
Её груди под моими ладонями вздрагивали и колыхались от ударов.
Дыхание матери стало прерывистым, с тихими стонами. Она подняла вверх руку, взяв меня за плечо и смущённо посматривала на меня.
Я наклонился целуя её мягкие, тёплые груди, а она шептала мне в ухо...
— Я... я... ничего не могу сделать... Он... он... ебёт меня... О-о-о-о, милый, что ты обо мне теперь будешь думать? Боже, как хорошо! Как глубоко он входит! Я с диким восторгом наблюдал, как Славка трахает мою собственную мать.
Его член резкими толчками вонзался в её влагалище, сотрясая её тело.
Бёдра матери были широко разведены, она подбрасывала задницу, встречая удары
