Концерт закончился в 10 Р. М. Поклонницы и поклонники, которых было большинство, едва не смяли наш заслон у выхода из зала, но толпу — орущую, визжащую, многорукую, желающую прорваться к своему кумиру, удержали. Машина впереди, машина сзади и в гостиницу, самолёт в Даллас только завтра утром. Моя очередь дежурить у дверей её апартаментов — отсекать посетителей, проверять стюардов на наличие фото-видеотехники, и как ежедневно говорит наш шеф... «Оружие, оружие и ещё раз оружие».
Я первый вхожу в номер — включить свет, посмотреть в шкафах, ванной, туалете, — никого, ничего, задёрнуть шторы и на выход. Пропустить её, облизнуться мысленно и дежурную фразу, куда-то между лопаток... «Доброй ночи, мисс Спирс».
В тот вечер всё так и было, за исключением того, что в номер вместе с ней вошли двое девушек из её подтанцовки — негритянка и высокая брюнетка. Через пятнадцать минут в номер стюард вкатил столик с четырьмя бутылками «Кристалл» и двери с мягким чваканьем закрылись. Двери в президентских апартаментах — лучшие из того, что можно представить... бронированные, звукоизолирующие, магнитный замок и отсутствие возможности взлома снаружи. В номере можно делать всё что угодно, но в коридор — ни звука. 2500 баксов в сутки.
Ночь тянулась медленно — президентские апартаменты одни на этаже. Поэтому количество зрелищ ограниченно до созерцания узора стены напротив, стул неположен.
3 А. М. Двери номера открылись и из него выпорхнули, точнее выползли, давешние девочки — слегка взъерошенные волосы, одежда вроде на все пуговицы застёгнута, взмах пальчиков в мою сторону и медленно, обхватив друг — дружку за талии к лифту. Двери лифта закрылись за их спинами, и он бесшумно скользнул вниз, к простым смертным.
Только через пятнадцать минут до меня дошло, что я не услышал звука закрывающейся двери и в голове опять всплыли слова нашего дорогого шефа... «Если двери номера не закрыты — зайти, убедиться, жив ли клиент и опять на пост, закрыв за собою дверь». Ну почему дверь не закрылась мне и так видно — пробка от шампанского закатилась под дверь, но приказ есть приказ. «О`кей» — и вперёд. В номере горел яркий свет, свет не мешает, пускай себе. В ванной журчит вода — непорядок. Заглянув, я никого там не обнаружил, кроме того, что ванна была почти полна и вода грозила испортить паркет в комнатах. Совсем непорядок — воду закрыть и дальше в патрулирование по вверенной мне территории. Пустые бутылки шампанского стояли на столике, кроме одной сиротливо стоявшей на полу, хранившей на горлышке отпечатки губной помады. «Молодцы девчонки — шампанское из горлышка», — подумал я, и только взяв бутылку в руки, я заметил что помада — Её. Только Она пользовалась этим цветом. Поднеся бутылку к глазам, я пристально рассматривал следы Её губ. В бутылке ещё болталось на донышке.
— Не пить на работе, — ещё одна заповедь моего шефа.
— А начхать, — мысленный ответ ему.
Прижаться губами к Её губам и внутрь себя эту ещё шипящую жидкость, до капельки. Её губы на моих губах... — «Брудершафт мисс Спирс, позвольте теперь вас называть просто Бритни». Таааааакк, Дэни, — тебе ещё работать а в голову разная дребедень лезет, — стоп, работать. Вторая комната — пуста, так же как и первая. Осталась последнее — спальня. В ней стоял полумрак, комнату скупо освещали прикроватные лампы, на одной из которых висели женские трусики. «Настоящий охранник не тот, кто защищает клиента а тот, кто устраняет возможность причинения ему вреда» — пропел в голове голос моего шефа. Возможность пожара — это вред, будем бороться. Трусики — две кусочка ткани соединённые узкими верёвочками — убрать. Три беленькие дорожки на стекле возле лампы, рядом лежащая трубочка. Вот это уже не моё дело, я этим не увлекаюсь хотя, смочив палец в порошке и проведя по дёснам, порошок
