Вот... почему я не еврей?
И значится — был лапоть, есть лапоть и лаптем помру?
Чего это я про иудеев? Да женщины у них — настоящая находка для любого русского, а вот мой дядюшка, папин брат, этого так и не понял.
Тетушка Алла, его (уже бывшая жена), по — внешности ярко — выраженная еврейка, впрочем я не копался в ее родословной, но... живет сейчас благополучно, в Израиле. Помните шутку у КВН — щиков... ты еврей, а я — не смог... так это про меня.
Вот я тут сижу, блин, и ностальгирую, мягко говоря, левой рукой, сокрушаюсь по своей национальности попутно, и про жизнь, которая сложилась бы как-то иначе... если бы...
Мне стукнуло 12, и я закончил стал — быть 5-й класс...
Лето... Меня отправляют на первую смену в лагерь. Мамочка первый раз оставляет меня без своей опеки, Ништяк!!! Правда мне навязывают в нагрузку двоюродную сестричку Сонечку, тети Аллину дочку, девяти годков, но такова уж цена моей свободы.
Летим самолетом до Москвы, потом нас грузят в автобус и везут через какие-то Подлипки, и оттуда — в лагерь, где-то там рядом.
Раскидали нас в разные отряды, понятное дело — разного возраста мы. Сонька маленькая совсем, плакала каждый день, я ее утешал как мог, злился, что меня приставили к ней, но что делать — братский долг, приходилось уделять ей время, а времени не хватало — линейки, кружки.,игры, танцы, девочки... Через недельку глядишь Сонька попривыкла, появились подружки, и мне полегчало... а то в отряде уже стали дразнить нянькой.
Все шло в лагере шло своим чередом...
Впервые я пристально заинтересовался женским полом. Как — то вдруг. Девчонки нашего возраста на голову выше, на меня мелкого еще, не обращали ровно никакого внимания. На танцах пригласить кого-либо было слабО... , но вот однажды я решился! Подошел, что-то робко буркнул, шеркнув ножкой,... и, о! чудо! она пошла со мной! Девочка!
Танцевали, естественно на пионерском расстоянии, (ну дык пионеры — жа), она возвышалась надо мной, как минарет, а я старательно старался передвигать копыта в такт музыке, глаза на — тапки и заодно на ее загорелые коленки.
А что больше всего запомнилось... запах... терпкий запах девчачьего пота. Вот он — чудный миг моего взросления! Во мне проснулся мужчина... по крайней мере зашевелился, в шортах.
И следующей же ночью я неумело мял свою мелкую письку, которая в руках стала крепнуть и подрастать до неожиданных для меня размеров.
Способ онанизма я почему-то избрал весьма оригинальный — катал свою колбаску между ладоней и это приносило мне совершенно новые интересные ощущения.
Одним из следующих неизбежных последствий бурления гормонов стали регулярные подглядывания за девчонками.
Объектов наблюдения было два — туалет типа сортира (по буквой ЖО), и душевые.
Первый эксперимент с сортиром с треском провалился...
Как-то прокрался я за нужник и прильнул к щели, старательно прокорябанной моими предшественниками...
За стеной шось шуршало... значит кто-то есть,... ага! Ну — ка, ну-ка... !
Не успели мои глаза адаптироваться к темноте внутри клозета и что либо ухватить, как раздался истошный вопль... Девочки!!! Подглядывают!!! (Это они оказывается выставляли охрану от просмотра своих сокровищ — твари!).
Ну че? Чесанул я как заяц вдоль забора лагеря и через него — прыг! (и как мне это удалось? — высоченный был забор), наверное мировой рекорд поставил...
Затаился в кустах, серчишко бъется.
Наверное с пол часа так и сидел.
Со вторым объектом, с душевыми, мне крупно повезло — эту золотую жилу отрыл пацан из моего отряда, который подружился с парнем из местных, а тот в лагере кем-то работал. Этот местный, как оказалось, регулярно злоупотреблял своими служебным положением..
К будке, которая и была вотчиной этого пари, и где хранились всякие лопаты-метлы, примыкали душевые, и между стенами было небольшое пространство в пол — метра
