Здравствуйте. Мне 37 лет, зовут Сергеем. Хочу вам поведать, как у нас с сыном решался половой вопрос. Моему сыну 17, зовут его Олег. Я в детстве, разумеется, не обошел стороной тему мастурбации и занимался ей довольно часто, лет так с 11 и по сей день. Даже будучи женатым и имея ребенка, иногда, под ярый порнофильм, расслабляюсь, особенно когда моей жены нет дома. А она часто бывает в командировках и поэтому я вынужден спускать в одиночестве. Но речь не об этом. Как-то я пришел к мысли, что мой сын уже взрослый и наверняка уже давно занимается самоудовлетворением. И мне захотелось как-нибудь подсмотреть за этим процессом, увидеть, как сын становится взрослым, какой у него член в возбужденном состоянии, может быть даже помочь в чем. Ведь нередко подростки после онанизма стыдятся содеянного, хотя в этом нет ничего осудительного, хотелось поговорить с ним, объяснить. Но, зная нрав сына, заводить с ним разговор на подобную тему я не стал, он бы закрылся в себе и разговор бы не получился. Поэтому хотелось его застукать, а там уже ему не отвертеться, выведу его на душевную беседу. И вот я начал следствие. Сначала поискал что-нибудь интересное в его компьютере, но ничего не нашел. Он знает, что иногда я пользуюсь по работе его компом, и поэтому предусмотрительно ничего не сохранил. И вот однажды я пошел на хитрость: когда жена была в очередной командировке, я сказал сыну, что до позднего вечера пойду в гараж. Я демонстративно ушел, но вернулся через полчаса или минут через сорок. Конечно, трудно предугадать, когда он начнет заниматься этим делом. Я, например, в период долгого отсутствия родителей в своё время спокойно раздевался догола и получал наслаждение долгое время, не спеша кончать. Как в его случае может быть — я не знал. Поэтому пришел наугад. И угадал. Я пробрался в квартиру и незаметно подошел к комнате сына. Дверь была закрыта. Я резко открыл дверь, и увидел раскрасневшееся лицо Олега, который в руке держал еще стоящий член. Он сгорал от стыда, и поэтому я чувствовал себя хозяином положения. Олег лежал на кровати совсем голый, а на компьютере шел порнофильм, тот самый, под который я и сам, бывало, гонял лысого.
Я решил разыграть небольшой спектакль. Важной походкой, я прошелся по комнате и сказал: «Что ж мы, гражданин, нарушаем?» Олег не мог выдавить ни слова. Он не знал что сказать. В это время я продолжал, поглядывая на тело сына и его, уже напрочь упавший член, который он все продолжал держать рукой, не в состоянии выйти из оцепенения. «А как же моральный устой, этика? Как говорится, отец за порог-сынок за хуек? Стыдно, товарищ, стыдно. И это в то время, когда космические корабли бороздят просторы Всемирной паутины». Почувствовав, что Олегу сейчас станет плохо, я решил бросить эту самодеятельность, и перейти к делу со всей серьезностью. Я сел на кровать рядом с ним, и сказал: «Да ладно, Олег, я все понимаю. Шучу я. Сам таким был. Не стесняйся меня. Если хочешь, спроси о чем, по мере возможностей подскажу. Я ведь и сам под порнушку иногда расслабляюсь».
После этих слов Олег немного пришел в себя и спросил: « Правда?». Я ответил, что, конечно, правда, большинство нормальных людей занимаются этим в той или иной степени, но в силу естественных причин скрывают это, пытаются насмехаться над этим и т. п. В общем, я ему объяснил всю ситуацию, как написано во всех серьезных изданиях по этому поводу. А между тем, в процессе разговора и под стоны людей из фильма, член Олега потихоньку тоже начал приходить в себя и приобретать боевые формы. Только Олег уже ничуть не смущался этого, а спокойно сидел и слушал мои речи. От всей этой картины мой член тоже стал подавать признаки жизни. Олег спросил, действительно ли я не сержусь на него. Я сказал: « Ну хочешь, мы вместе займемся онанизмом, тем более уж больно фильм заводящий». Он ответил, что у него еще есть несколько, и включил другое видео, в котором трахали все друг
