первая. Она схватила меня за волосы и потянула на себя. Я не сопротивлялся. Я залез на нее и вставил мой изнывающий от нетерпения член в ее теплую мокрую щелку. Член вошел с напряжением, и Марина при этом вскрикнула и закусила губу. Я старался сделать это как можно нежнее и аккуратней, но все равно причинил ей боль. Но это была боль наслаждения, неизбежная и желанная. Мы слились в одно целое и бросились в омут страсти. Я целовал ее в губы, в глаза, в уши, я целовал ее шею и груди, я работал членом, как кочегар, непрерывно подкидывая в топку страсти новые и новые порции наслаждения. Марина стонала, пищала, кричала и извивалась, как змея. Она щипала меня и кусала, целовала, облизывала и снова кусала. Так мы возились неизвестно сколько времени, пока я не почувствовал, что ее силы на исходе. Я резко ускорил темп, поняв, что сейчас мы оба кончим. Так оно и произошло. Я зарычал, как раненый зверь, а она закричала, и мы бурно кончили. Я упал на нее без сил. Она тяжело дышала и не двигалась...
В это время в дверь постучали...
... Пришли сразу две девушки. Одна черненькая, маленькая, видимо, татарочка, с крупными выразительными черными глазами. Другая — русая, совсем светлая ростом повыше, худенькая, очень живая: глазки так и стреляют.
Первая — та, что черненькая, сразу взяла инициативу на себя:
— Так, заявила она, кому здесь требуются секретари?
— Здравствуйте, милые леди, перехватил я инициативу, вы, видимо, ко мне. Я — генеральный директор фирмы и мне нужна помощница, но только одна. Так что Вам придется вступить в жесткую конкуренцию друг с другом, и смотрите не поссорьтесь, особенно, если Вы — подруги.
— Это нам не грозит, заявила беленькая, мы договоримся!
— Тогда милости прошу! Проходите, раздевайтесь, то есть, располагайтесь, двусмысленно заявил я.
Я проводил их в служебную комнату, усадил их на кресла, а сам прошел в свой кабинет, что бы проводить первую гостью. Марина неспеша одевалась, демонстрируя чудеса эротики этого процесса. Её губки скривились в надменной усмешке. Марина явно стремилась показать, что она удивлена и оскорблена тем, что я не остановил свой выбор на ней, что в другой комнате находятся в этот момент ее соперницы. И если бы не ее гордость, то она непременно высказала мне все, что она по этому поводу думает.
Я, однако, не дал ей времени на обдумывание саркастической тирады, а просто подошел к ней сзади и обхватил ее за грудь. Марина застонала, повернула ко мне голову и ее взгляд при этом был затуманен, а пересохшие губы приоткрыты. Маленький, влажный розовый язычек прошелся по губам кругом и остался призывно торчать из ротика, слегка подрагивая. Я прильнул губами к манящему цветку и испил чашу любовного нектара ее девичьих губ. Поцелуй вышел долгий, страстный, после которого вочется выпить бокал холодного белого вина.
Марина оттолкнула меня, схватила сумочку и выскочила из офиса.
Я водрузился за свое начальственное кресло. Новенькие претендентки вошли разом и остановились в выжидательной позе у стола.
— Что мы умеем делать? — осведомился я, не приглашая их сесть.
— Практически все! По крайней мере, из того, что вы с нас можете потребовать — заявила татарочка. У нас есть определенный опыт, правда, Янина? Она посмотрела на подругу, та сотворила на лице гримасу, которая должна была выражать одобрение и радость.
— Кстати, меня зовут Янина, а ее — Гюльнара — наконец сообразила беленькая. — Или попросту Яна и Гюля. Так короче и проще. А если Вы захотите, вы можете нам придумать прозвища, например, — «Белка» и «Стрелка». Только я, чур, буду Стрелка.
— Хорошо, это мы решим в процессе общения. Меня, кстати, зовут Александр. Можно без отчества, но не зовите меня Сашей, мне это не нравится. Итак, приступим к конкурсу. Начнем с самого сложного — заварите, пожалуйста, кофе и подайте
