Отлично помню, как первый раз взял в рот.
Еду в переполненном вагоне метро. На Таганской столько народу втиснулось, что я оказался прижатым к парню лет 30-ти. Как-то наискосок нас друг к другу прижали, так что его правая рука оказалась почти у меня между ног. Конечно, он не случайно так расположился и руку так расположил. И как только поезд тронулся он попробовал пальцами движение сделать. Дотронулся. Я не понял сначала, случайно или нет, посмотрел на него. Он и глазом не моргнул. Потом опять рукой нажал и потер слегка, насколько позволяла обстановка. Потом еще. У меня от неожиданности член начал напрягаться. Он почувствовал это и его движения стали увереннее. Мало помалу поглаживал, обхватывал, нажимал, тер пальцами. Я то и дело сглатывал слюну. К следующей станции уже оказалось, что он всей ладонью держит меня за мои гениталии, мнет меня за пах, мнет мои яйца. А рука сильная! Еще бы чуть сильней — и было бы вообще больно. И средним пальцем пытается подальше между ног пролезть.
На следующей станции — замерли. И он, и я. Люди вокруг как-то передислоцировались, кто-то вышел, но еще больше народу влезло, а я под шумок ноги немного пошире расставил и к нему сделал незаметное движение нижней частью тела. Но смотрел в сторону, как-будто ничего не происходит. И он виду не подавал. Поезд тронулся. Он сходу начал мять меня так, что я чуть не кончил. Пришлось резко отдернуться. Он понял, наверное. Или подумал, что мне больно. Стал снова гладить, потом сжимать несильно.
У меня в горле пересохло. Чувствую, весь мокрый, смазка течет. Наверное, он тоже чувствовал, сквозь джинсы.
Дальше пропустим многое, не очень интересно. Просто мы вышли вместе, познакомились, идем куда-то, он ведет. Я сильно смущен, почти не разговариваем. Зашли в дом, синяя такая шестнадцатиэтажка. Зашли в лифт. Поехали. Он осторожно приблизился. Я не двигаюсь навстречу, но и не отдаляюсь. Он начинает меня обеими руками гладить. Аккуратно, кончиками пальцев. Смотрит вниз. Бедра, руки, опять бедра. Не выдержал, резко залез ладонью в джинсы (а я незаметно втянул живот, чисто машинально), — и тут лифт остановился, приехали. Вышли. И ведет он меня не в сторону квартир, а на лестницу. Там лестница отдельно, за дверью. Поднялись между этажами. Почти совсем темно. Все. Он уже не стесняясь схватил меня, прижал к себе, целует в лицо и лезет рукой между ног. Я не знаю, что делать, но уж точно не собираюсь сопротивляться. Приятно. Я чувствуюб себя женщиной, которую хотят.
Он расстегнул мои джинсы, они упали до колен. Свои расстегнул. Трусы не снимает. Прижимается, мнет меня, трогает, ласкает. Я абсолютно пассивен, его не трогаю, а он трется об меня своим членом. Горячий, твердый. Твердый как резиновая дубинка. И трусы мокрые. Может, он уже кончил, еще в метро может быть? Или это столько смазки?
Я не сам опустился на колени. Он мне не говорил, но за плечи взял и просто вниз опустил. И за затылок рукой взял. Конечно я понял, что он хочет от меня, но медлил. Он тоже не торопится. Я в упор смотрю на его трусы. То, что под ними находится, почти упирается мне в лицо. Наконец я решился. Снимаю руками трусы, член выскакивает. Ровный, прямой, как у меня. Волос только меньше. А яйца гораздо больше, чем мои. Головка полураскрыта, и вся мокрая. Слышу хрипло «ну давай же соси». Я лизнул. Вкус не как у меня, но похож чем-то. От моего рта тянется ниточка смегмы до его мокрой головки, сантиметра 2—3. Я смотрю. Лизнул еще. А приятно, оказывается. Он не выдержал. Рукой меня за затылок, другой рукой себя за член у основания — и я еле успел рот открыть пошире. Через секунду его головка у меня во рту. Ощущения такие, что я чуть не теряю сознание. Меня имеют в рот! Глаза закрыл, губы сомкнул, начал сосать. Он издал короткий звук, как-будто стон. Гладит меня по щекам, по ушам, по затылку, по волосам, ноги расставил широко. Бедрами чуть-чуть двигает вперед-назад. И тихо-тихо, в такт
