душе становилось всё хуже и хуже. Тогда я вскочил и подбежал к окну, начал его отпирать. Через несколько мгновений, распахнув окно я залез на подоконник. Мы жили на 8 этаже. Я подошёл к самому краю и уже отпустил руки, когда кто-то крепко схватил меня сзади и втащил в комнату. Я свалился на пол возле батареи и закрыл лицо руками. Я знал, что мама стоит рядом и смотрит на меня.
Я догадывался, что выдержать этот взгляд я не смогу. Тогда мама сказала примерно следующее: «Ты что, псих? Ты чуть не изнасиловал собственную мать. Я растила тебя, не жалела времени, я даже от твоего отца ушла ради тебя. А ты мне ставишь условия?! Самоубийца сраный. « Она заплакала. «Я не могу позволить тебе умереть». она осела на пол. Я подполз ближе и обнял её — она не вырывалась. Тогда я начал гладить её всё ещё обнаженную грудь и мой член стал оживать. Он поднялся и занял боевую позицию.
А мама всё плакала прикрыв глаза руками. Я опустил руку и через тонкие домашние штаны и трусики нащупал её киску, такую долгожданную. Я начал её гладить, другой рукой я судорожно дрочил. Оторвавшись от маминой письки, я отвел её руки от лица и поцеловал её в губы, она не ответила, а только ниже опустила голову. Я решил действовать. Я расплостал маму на полу и начал раздевать. Я стянул узкие штанишки, потом трусики. И вот передо мной волосатая киска моей мамы. Она была сухой. Я обслюнявил палец и начал водить им по ней, иногда вводил его во внутрь. Потом приблизил своё лицо и начал лизать. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Я проникал языком во все уголочки, не пропускал ни одного участочка.
Я сосал ее губки. Я лизал всё и почти неотрывно смотрел на мамино лицо. Теперь она дышала чаще, видимо ей нравилось. мать перестала плакать. Её киска увлажнилась, ноги дрожали и сжимались. Она вздрогнула когда я коснулся языком её клитора. Я принялся за её соски. Сначала облизывал, заглатывал правую и мял левую, потом наоборот. Мать начала стонать. Я провел членом между грудей, потом по соскам. Возратился вниз и начал вылизывать влагалище. Это было великолепно. Мать кончила, а я упивался её соками, низвергаемыми пульсирующей писькой. Потом я потерся своим членом об её и, смочив его этими соками, пододвинул своего змея к её лицу и сказал, чтобы сосала. Немного поколебавшись, она взяла его в рот, чтобы через мгновение выпустить, а потом провести по всей длине языком. Опять взяла в рот и причмокивая начала сосать. это было прекрасно, но я решил полизать ещё мамину киску и повернувшись занялся этим делом, а мама сосала. Почувствовав, что скоро кончу, я повернулся опять лицом к ней и сказал, что хочу облить её лицо спермой, а остальное она выпьет. Мама махнула головой, не отрываясь. Я сказал: кончаю, она выпустила член, надрачивая его и закрыла глаза. Через мгновение потоки спермы полились ей на лицо, волосы, грудь. Глаза были залеплены спермой. Остатки с моего члена она слизала, когда он уже опадал. Я начал размазывать сперму по коже матери. Пару капель упали на правый сосок. Я хотел сначала растереть их, но потом нагнулся и слизал. Я сказал:"Пошли есть». Мама удивилась:"А умыться». Я улыбнулся:"Так лучше».
Придя на кухню, я придумал новую игру. На столе стоял недоеденный суп. Я достал член и стал дрочить, глядя на маму. Это было поистинне возбуждающее зрелище. Голая, вся в сперме, ноги в смазке. Не удивительно, что я скоро кончил, причём прямо в тарелку с супом. Мать опять с удивлением посмотрела на меня и спросила:» Мне что, это есть?» ДА. Она взяла ложку, кое как размешала холодный суп и начала есть. Я опять возбудился. Скушав, мать сказала: твоя очередь. С этими словами она подошла к хлебнице, отрезала кусок батона, достала из холодильника сыр, отрезала кусочек и засунула себе во влагалище. Потом через некоторое время, она достала его положила на батон и дала мне. Я понюхал сыр, он приятно пах её вагиной. Я съел это. После этого я пошел спать, а мама привела
