Вообще-то нельзя. Сердце, говорят, и все такое... Но какое сердце бывает в 18 лет?
Да, я захмелел. И не хило. Парилка разморила, а тут еще «Столица»... Сижу между братьями, бестолково улыбаюсь... Армен меня вдруг приобнял за плечи и говорит...
— Ну, младший сержант Леша, нормально ведь? Можно и в армии жить?
Я от хмеля и от переизбытка чувств хотел что-то ответить приятно-благодарственное, повернул в его сторону голову и вот просто мои губы наткнулись, напоролись на его губы. И он меня поцеловал. А своей рукой придержал меня за голову.
Первый в жизни поцелуй с мужчиной. Я своим подбородком ощутил его немного колючую щетину. Щекой чувствовал горячий воздух вырывающийся из его ноздрей. Его губы обволакивали мягко, но настойчиво мои. В моем рту оказался его язык.
Я сошел с ума. Я закрыл глаза, потому что все закачалось и я просто испугался, что потеряю сознание. Я задыхался. И если в первую секунду я оцепенел, то уже во вторую обхватил его за шею и стал посасывать его язык. Это было не со мной. Внутри все сжалось. Я просто не мог дышать. Армен. Первый мужчина, который меня поцеловал. Или это сон. Это просто не может быть явью.
Так не бывает.
Он разжал мои руки на своей шее и отстранился. Я инстиктивно потянулся за его губами. По-моему даже застонал. Или это наконец-то дыхание возобновилось?
— Тихо, тихо. Ишь ты какой... Голодный мальчик то...
И тут другая чья-то рука развернула мое лицо в противоположную сторону и другие губы накрыли мой рот. Сурен. Он же здесь.
Где мой разум? Я действительно потерял реальность. Сурен целовал мягче и рукой ворошил мои волосы на затылке. Армен обнял меня за талию и зашептал на ухо...
— Понравилось сосать язычок?
Я только застонал и мотнул головой. А может и не мотнул. Реальность уплыла.
— Тебе, маленькая шлюшка, понравиться сосать и наши хуи... Скоро твой рот превратится в охуительный спермоприемник...
Я попытался отстранится от Сурена. Не знаю почему. Последнее «Нет!» перед окончательным падением? Сурен крепче стал держать мою голову. А Армен продолжал говорить мне на ухо...
— Тихо, не дергайся... Раслабляйся. Не трать силы и эмоции. Они тебе пригодятся. Особенно, когда будем рвать твою девственную попку. Ты же еще девочка у нас? Или уже драли тебя? Тебе понравится вертеться на хуях. По тебе видно — блядинка из тебя выйдет хорошая...
Я все же вырвался от поцелуя Сурена. От его губ. От его тела. Отрицательно мотнул головой. Вообще-то я хотел все же изобразить «Нет! Никогда! Я не такой!» или что-то в этом роде, но получился как ответ на вопрос о моей девственной попочке.
Я хотел встать. Зачем? Уйти. От чего? Я хотел возразить. Показать сопротивление. Слов не было. Вернее то, что в горле отвечает за речь — просто не работало. Вместо этого — клокотание и выдохи... И тут в голове у меня ясно и отчетливо пронеслась мысль... «Мне нравятся его слова. Я хочу быть тем, чем он меня назвал. Я хочу, что бы они меня рвали и драли!».
Голова повисла на груди. Руками закрыл лицо. Не от стыда. Нет. Просто захотелось зафиксировать в памяти этот сладкий момент. Сурен зашептал в другое ухо...
— Лешь, не бойся. Он шутит. Ничего не будет страшного. Рвать тебя никто не будет. Мы же не звери. Армен с другой стороны...
— Да, рвать не будем. Будем просто ебать тебя. Смачно и со вкусом.
Сурен...
— Все будет хорошо. То, чего не захочешь — делать не будем...
Армен...
— Аха... И не надейся... Будешь тем, чем скажем быть...
И тут я немного пришел в себя... Ласковый и успокаивающий Сурен. Грубый и угрожающий Армен. Бля!!! Как я хочу их. Как я люблю их. Я сейчас кончу. Или просто умру. От разрыва сердца.
Не знаю, как сообразил. На уровне инстинкта. Просто сполз на пол, встал на колени перед ними и руками взялся за их хуи. Как за два рычага. Начал их подрачивать. Сурен прикрыл глаза. А Армен смотрел на
