Азара была, куда, как серьезнее. Но обо «всем по порядку», как говорится.
В парке Шевченко мы шумно выгрузились из машин, и всем скопом завалились в летнюю кафешку с певучим названием «Кручи Днепра». Самой реки отсюда видно не было, но свежесть воздуха и легкий речной бриз утверждали, что она (река) здесь, совсем рядом. Ребята постарались на славу, и за нашим столиком на летней террасе, ни единой живой ... душе скучать не пришлось.
Меня много и долго поздравляли. За меня много и обильно выпивали. Для меня, через каждую вторую песню, рвал глотку местный шансонье, раз за разом, вытягивая из подвалов памяти всевозможные песенки (вплоть до студенческой «Во французской стороне», и новогодней «В лесу родилась... «), хотя бы как-то разнившиеся с типичным «ресторанным» репертуаром. Друзья прекрасно знали о моей нелюбви к традиционным мотивам питейных заведений, и потому заказывали все, что казалось им более или менее оригинальным.
Ближе к часу ночи мы не досчитались в своих рядах четырех человек, то есть ровно половины состава. Все оттого, что Азар оказался прав, насчет количества молоденьких барышень роившихся по улочкам Днепропетровска в то лето. Уж не знаю отчего, но их действительно было больше обычного. Насчет возможности «снять тёлок» прямо там, где бухать будем, «Казан» также на 100% правым оказался. Дамский угодник, вероятно, умел к космосу подключаться, и просматривать наилучшие варианты для знакомства. У меня попросту нет другого объяснения тому, что куда бы мы с ним (по его инициативе) не ходили — везде и всюду подворачивались недурственные интрижки. Какой-то нереальный нюх у него на авантюрных девчонок имелся, и это была полезнейшая грань его таланта обольщения.
Вот и в этот раз случилась та же история. За соседним столиком щебетала стайка хорошеньких девчонок в количестве пяти особ. На вид лет восемнадцати — двадцати. Как выяснилось позже — поступление «обмывали». Мои парни незамедлительно взяли «объекты в разработку», и уже к третьему тосту было успешно осуществлено слияние коллективов. А к шестому-седьмому тосту у нас уже было укомплектовано четыре парочки. Сердце пятой девочки оказалось «занятым», и в формировании пар участия не принимало.
Мы с «Казаном», не сговариваясь, оказались в стороне от проявления симпатий к барышням. Я в Москве с Лизкой Морозовой вдоволь покуражился, и еще пару дней мог запросто без мыслей о сексе протянуть. А Азар, вероятно, просто «нагвоздячиться в хлам» желал. Это было очень в его духе. Если наш «даген» хотел «налакаться», то ни о каких дамах в этот вечер и речи быть не могло. В такие моменты он расслаблялся по полной программе, и с попойки его, нередко, «под рученьки» в комнату волочили.
Сегодня был именно такой вечер, пардон, ночь. Однако, несмотря на изрядное количество выпитого спиртного, «пойло» дагестанца все никак «не брало». Он был подвыпившим, но вполне трезвым. Закуска была щедрая, да и спал сегодня Азар не меньше моего, как выяснилось. Мало-помалу четыре сформированные пары разбрелись кто куда. Чем и где закончится их ночь, теперь зависело только от них самих. Пятая девушка (та, что с занятым сердцем) ушла еще до полуночи, а оставшиеся с нами двое друзей Андрюха с Пашкой «выпали в сухой осадок», и едва «фасадами в салатах» не засыпали. В отличие от нас с «Казаном», ребята на стройке весь день вкалывали, и их очень быстро «по стульям размазало».
Для них праздник был окончен. Поэтому, пока я оплачивал счет, Азар вывел обоих на улицу, усадил в такси и отправил в общагу. Когда я вышел на улицу их и след уже простыл, а «Казан» неторопливо курил под сенью деревьев. Я тоже закурил, безмолвно расположившись рядом с ним. Пока курили — ни слова не проронили. Просто стояли и наслаждались свежестью августовской ночи. Несмотря на приближавшийся конец лета, было совсем не холодно.
Наконец, сигареты дотлели, и отправились в ближайшую
