горячем влажном поцелуе. И это было совсем не сестринское чмоканье, а настоящий поцелуй из серии «Трахни Меня». Наши груди прижимались друг и к другу, скользкие, мокрые, мягкие и прекрасные. Мы немного изменили позицию, так что наши киски начали тереться о наши бедра.
Наконец мы разжали наше объятие и я взяла Юлю за руку. «Давай вытремся и пойдем в постель», сказала я.
Она захихикала: «Это предложение?».
«Говорят, что ты даешь кому ни попадя».
Она снова поцеловала меня, провела рукой по моему животу к моей киске, ее средний палец замер между складками у меня внизу. Затем она прошептала мне в ухо: «Мы болтаем и теряем время, давно бы уже могли заняться любовью».
Выключив воду, мы открыли стеклянную дверь душевой и вышли. Юля схватила два больших полотенца и мы вытерли друг друга. Я была так возбуждена, что хотела свалить ее на пол и начать поедать прямо там. Но прежде чем я смогла это сделать, Юлька кинула свое полотенце на мою голову.
«Так ты думаешь, что я даю кому попало? Ну, девочка, если хочешь потрахаться, сначала поймай меня».
Она выскочила за дверь и побежала в коридор. Отшвырнув полотенце, я бросилась за ней, одновременно наслаждаясь звуками ее девчачьего смеха и видом ее попки и длинных ног. Мы бежали по коридору, две обнаженные девушки, преследующие друг дружку как сучки в течке. Я почти догнала ее, попыталась ухватить, но Юлька ускользнула и прыгнула в родительскую спальню, с ее роскошной кроватью. Юлька схватила покрывало и отбросила его. Затем она плюхнулась на кровать. Я вбежала в комнату и остановилась перед кроватью чтобы поймать дыхание.
«Вы что-то хотели, девушка?», спросила она самым невинным тоном, как будто только что меня заметила.
Я присела на пол, положив руки на колени. Затем я медленно провела руками по внутренней стороне бедер и достигла того места, где они начинались. Юля не отрываясь смотрела туда, а я широко раздвинула ноги. Я была такой мокрой, что когда моя дырочка ощутила прохладный воздух, я издала вздох. Мы часто пользовались большой кроватью наших родителей, когда они уезжали. Мы заполняли комнату запахом нашей любви, и я часто думала, а не чувствуют ли мама с папой аромата девичьих выделений, которые засыхали на их простынях.
Я издала тихое рычание и встала на четвереньки, моя писечка дрожала от желания, готовая к тому, чтобы ее съели. Я медленно поползла к кровати, и у ее края я снова зарычала, залезла на нее, приняв позу кошки.
«Наша львица голодна?», спросила Юля.
Я зарычала низко и призывно.
Юлька раздвинула ноги, руками приоткрыв складки своей дырочки. Я могла видеть капельки выделений на ее короткой шерстке.
«Вот твой обед, киска, горячий и розовый, как ты привыкла».
Я поползла вперед, пока я не расположилась над ее лобком. Ее запах наполнил мои ноздри. Я была так возбуждена, мое тело тряслось, глаза застилал туман. Я наклонилась и поцеловала ее киску с той же страстью, с какой целовала ее рот. Затем я поудобнее расположилась на кровати, мое разгоряченное тело с удовольствием ощутило прохладные простыни. Юлька сжала своими ногами мою голову, я погрузила свое лице в ее лоно, поедая его как голодный зверь, облизывая, посасывая и глотая весь любовный сок, который истекал из нее. Я протянула руку вперед и дотронулась до ее соска, сжав его между кончиками пальцев, одновременно продолжая ее лизать. Она двигала своими бедрами в унисон с моими атаками на ее писечку, и ее нежное мурлыканье скоро перешло в стоны, когда ее тело приготовилось взорваться в оргазме. Юля запустила пальцы в мои волосы, прижимая мою голову к себе, чтобы язык проник как можно глубже. Наконец она напряглась и крепко сжала меня своими ногами, изнемогая от полученного кайфа. Я замедлила свои движения, открыла глаза и посмотрела на ее лицо. Это был самый прекрасный вид на свете, который я могу себе представить — моя сестра, погруженная в блаженное
