стринги, едва прикрывающие лобок. — И чем же тебе мои трусики не угодили?
— Да всем угодили, просто раз так жарко, ну и вообще... — все, мысля у него остановилась. Ольга, с понимающей усмешечкой в глазах, с по-прежнему задранным подолом подошла к нему вплотную.
— Ну раз так, драгоценный муженек, снимай их сам! Но имей в виду, платье у меня
просвечивает, и от ветра, бывает, вверх взлетает. Так что будь готов, что на твою жену будут пялиться все, кому не лень!
— Да на тебя и так все мужики пялятся, — произнес Георгий вдруг охрипшим голосом. Опустившись на колени, он взял руками резинку трусов и медленно потянул ее вниз. Прямо перед его носом возникли две пухлых дольки, с гладкой, бархатистой кожей. В мозгу автоматически включился автопилот, и его губы соединились с ее губами. Все, стыковка произведена. Не отрывая рта от ее промежности, он дал жене выступить из трусиков, причем губки ее от этого пришли в движение.
— Ну все, обратно их получишь перед отъездом! — оторвавшись от тела, произнес он, и помахал трусиками.
— Интересно, а если я потеку, мне что же, совсем не садиться? Я же все платье намочу, если сяду!
— А ты тампаксом затыкайся, а когда садишься, садись не на платье, а прямо на кресло! — засмеялся Георгий.
— Я и так постоянно хочу, а теперь вообще на мужиков начну бросаться! Смотри, держи меня покрепче, иначе к концу отпуска в дверь не пролезешь из-за рогов! — жена, изящно изогнувшись, вообще сняла платье через голову, и, повернувшись к нему спиной, наклонилась и сильно прогнулась, опираясь руками о кровать. Обернув к нему лицо с уже полузакрытыми глазами, произнесла...
— Хочу, чтобы ты меня раком трахнул!
Вообще она не так уж часто первая проявляла инициативу. Что-то, видимо, действительно сильно подействовало на нее. Мгновенно избавившись от одежды, Георгий, видя, что она уже совсем мокрая, безо всяких обычных предварительных «лизингов» почти с размаху вставил ей.
— О-о-о-ох! — супруга все-таки не сдержалась, но уже через несколько секунд, когда член в несколько толчков полностью погрузился в нее, начала расслабляться, и через некоторое время уже вовсю оттопыривала задницу, стараясь задрать ее повыше, навстречу движениям мужа. Обхватив ее за талию, Георгий методично задвигал член раз за разом на полную глубину.
— Знаешь, а я сама хотела тебе предложить сходить на нудистский пляж, но боялась, что ты ругаться начнешь! — дергаясь в такт его движениям, сказала жена.
— Давай встань на четвереньки! — Георгий, не вынимая конец, начал подталкивать супругу на постель. Переместившись на коленях на середину кровати, причем не прекращая акта, с новыми охами и ахами продолжили скачку. Ольга опустилась на локти, отчего ее попка вообще задралась выше головы, и вовсю стонала.
— И знаешь, — в перерывах между стонами продолжала она говорить, — мне самой хочется, чтобы на меня на голую мужики на пляже пялились, и чтобы у них на меня вставал, и чтобы они, глядя на меня, драчили...
От этих слов у Георгия снесло башню. Вцепившись в тугие ягодицы жены, он с размаху загонял ей во влагалище свой одеревеневший кол, и взгляд его был намертво прикован к их сочленению. Член между тем уже ощущал напряжение мышц вагины, Ольга стонала практически непрерывно, и вот... И-и-и-э-э-х! Догоняй, родна-и-и-я-а-а-а!!! Чувствуя, как сперма толчками вбрасывается во влагалище Ольги, Георгий, как сквозь туман, услышал вдруг какой-то посторонний шум со стороны балкона. Продолжая засаживать на полную длину свой изливающийся брандспойт, ощутил полный и сильный обхват всего члена мышцами супруги, и через некоторое время — влажное скольжение. Тоже, значит, успела кончить.
По инерции двигая тазом, Георгий приподнял голову и успел заметить какое-то
движение у окна. Так, очень хорошо, уже
