своих руках так, что могу сама ласкать клитор: он садится на мои ноги, раздвигает мне попку и начинает ласкать языком анус, неглубоко входя в него. Я поднимаю попку вверх и его член входит в меня, и он начинает трахать меня: нежно и медленно, мучительно медленно, а я мастурбирую клитор, касаясь пальцами члена. Единственная фраза, которой можно описать то, что я чувствую: я хочу вывернуться наизнанку! Он ложится на меня, его тяжесть давит и не дает дышать: начинает кружиться голова, а его член с каждым движением вздергивает мою попку вверх: я запускаю свои пальцы в вагину, и наши движения сливаются в едином ритме.
— Ну же, мальчик мой, выеби меня! Сильнее!
Он берет меня за волосы, запрокидывает мою голову назад и начинает целовать. Я задыхаюсь под ним, я не могу двигаться, я полностью подчинена его рукам и его члену.
— Моя маленькая сучка хочет быть выебанной?! Так лучше? — он начинает двигаться быстрее, все глубже загоняя член в мою попку.
— О да, вот так! Как я люблю, когда ты трахаешь меня! — я начинаю извиваться под ним, пытаясь подмахивать попкой.
— Трахай себя пальцами, я хочу их чувствовать! Глубже! Ты же любишь, когда тебя ебут глубоко! — с каждой фразой его движения становятся быстрее. Он знает, что когда я кончаю, меня надо не иметь и даже не трахать: меня надо ебать, жестко и глубоко. И при этом он бесконечно нежен со мной! Феерическое сочетание нежности и грубости, ласки и жесткой ёбли! Моя голова по-прежнему далеко закинута назад, я вся, как натянутая струна, и уже кричу в полный голос, потому что молчать нет сил. Он целует мне шею, плечи, лицо: и в тот момент, когда я начинаю хрипеть и биться под ним, он сильно впивается мне в губы и прикусывает, так что появляются капельки крови. Я закидываю руку назад и вцепляюсь в его ноги, пытаясь глубже насадиться на его член, и кончая, бешено верчу попой. И вновь потоки спермы заливают мое тело: и его стон сливается с мои криком!
Потом мы курим, болтаем ни о чем. Он всегда спрашивает, как мне было. А я отвечаю каждый раз одной и той же фразой: «Это было невозможно!» Он смеется и целует меня в живот.
И наступает его очередь испытать то, что испытываю я, когда он лижет меня. Я устраиваюсь между его ног и начинаю медленно, кончиком языка, облизывать его член. Потом так же медленно я пропускаю его головку через сомкнутые губы глубже в рот, где его уже поджидает мой шаловливый язык. Он весь напрягается! О, я знаю, что он сейчас испытывает, какие муки, какое наслаждение! Несколько быстрых движений вверх-вниз, прижав головку к нёбу языком, и его дыхание начинает сбиваться, он весь дрожит: и вновь медленное, бесконечно медленное облизывание: от головки вниз, к яичкам, к анусу.
Первое время он близко не подпускал меня к своей замечательной попке, даже не позволял ласкать ее языком. Говорил, что пацанские понятие не позволяют! Дурачок маленький! А потом мы как-то душевно накурились ганджа, и он пропустил момент, когда мой резвый язычок начал ласкать ему анус. Не знаю, что там стало с его понятиями, но что было с ним, я знаю точно! Впервые он кричал в полный голос, когда кончал! Он до сих пор смущается, но безумно любит это! Он любит чувствовать мои пальцы в своей попке и при этом кончать мне в ротик.
Я выпускаю его член изо рта, и он встает в коленно-локтевую позу. Я начинаю лизать ему анус и рукой ласкаю член. Я знаю, что ему надо другого, но жду, когда он сам об этом скажет!
— Я хочу твой пальчик! — робко произносит он.
— Пальчик? Куда ты хочешь пальчик? — наивно спрашиваю я
— Ну, ты же знаешь, куда! — это уже больше похоже на мольбу.
Да, я знаю, куда он хочет получить мой пальчик, но я хочу услышать от него эти слова.
— Я хочу твой пальчик в свою попку! И твой ротик хочу, хочу в него кончить! — он произносит это так тихо, что я заставляю его повторить это еще раз и громче.
Потом я
