От автора.
Странное совпадение, что это не только первый раз наслаждение моих пардов, но и первый раз, когда я пишу подобные рассказы. Главное, по-моему, написать первый, пересилить самого себя, своё смущение, это и есть самое сложное. Конечно, я читал и видел это всё, но самому подобное написать в первый раз было очень сложно. Ну а теперь сам рассказ, только прошу не забывать что он мой первый.
Она была великолепна без одежды: небольшая вытянутая головка с заострёнными кошачьими ушками, средних размеров грудь, упругий живот, округлые бёдра, стройные передние и задние лапы, всё её тело было покрыто мягким и гладким рыжим мехом, он серебрился и переливался в белых лучах полной луны. Каждое её движение было наполнено природной силой и грацией. За Кирой ухаживали многие и многие самцы, и не только её вида, но из всех их она выбрала именно Карда, но не только за его силу и грацию, но и за его острый ум, приятную манеру речи и, как ни странно, природную застенчивость.
Между задних лап сладко заныло. Он лежал на спине, закрыв глаза, и ждал что будет. Кира подошла к нему и присела на мягкую постель у его лап. Она провела ладонью по животу и ниже, к его напряженному члену. Её ладони были тёплыми и нежными. Они мягко скользили по его тёмной шкуре, всё ниже и ниже.
Он лежал спокойно, но с тревожащем чувством: «Что-то будет», и это что-то случилось. Её ладонь достигла его члена и осторожно пробежала пальчиками по напряжённой плоти. Раз, другой, третий. Её касания били нежными и ласковыми. Затем к его члену прикоснулось что-то шершавое, но мягкое и нежное и тоже пробежало от красной головки к яичкам.
Всё его тело напряглось, он знал, что это её язык, но всё равно никак не мог поверить. Он много раз чувствовал её язык, он даже проникал ему в рот во время многочисленных поцелуев, но он никогда не чувствовал его там, внизу.
А язычок продолжал бегать по его члену, чередуя это занятие с поцелуями и, наконец, случилось то, чего они оба с нетерпением ждали: красная головка испытала на себе этот шершавый влажный язычок, который стал быстро, быстро облизывать её. С каждым разом наслаждение всё нарастало и нарастало, а Кард начинал чувствовать ещё что-то, это не было чувство чего-то осязаемого, скорее это было чувство чего-то приближающегося и неизбежного, но, тем не менее, оно было.
Её язычок был слишком шершавым и приносил боль, но она была ничто по сравнению с огромным удовольствием которого с каждым разом он приносил всё больше и больше, и поэтому Кард не стал бы этого прекращать, даже если бы у него была возможность, которой из-за огромного возбуждения двух мягких тел он совсем не имел.
Раньше он не мог даже помыслить о подобном внеземном наслаждении. Это было великолепно. А непонятное чувство всё нарастало, и он почувствовал что сейчас произойдёт ещё что-то новое в его жизни.
Кард закатил глаза и начал быстро дышать, а из его члена ударила белая студенистая жидкость, но не сплошной струёй, а небольшими порциями. Кира открыла рот на встречу этой струе. Она закрыла глаза и начала глотать эту божественную влагу, вкус её, быть может, оказавшийся при других обстоятельствах и неприятным, сейчас был лучше всего на свете, и она глотала её пока та не закончилась. Кира старательно слизала оставшуюся на головке жидкость и легла рядом с Кардом.
Он обнял ее, и она прижалась к нему всем телом. Её усы щекотали его ноздри, отчего Кард приглушённо захихикал, но она не обратила на это внимания. Кира изучающе взглянула на Карда и они слились в долгом и страстном поцелуе. Кард чувствовал этот солоноватый вкус, вкус его собственной жидкости и это только усиливало его возбуждение, её язык опять проник ему в рот и делал там всё, что ему вздумается, это было сказочно приятно и будоражило каждый мускул, каждый волосок на его теле. Наконец поцелуй закончился, Кира отстранилась от него и мягким игривым голосом тихо
