Ждать больше не мог. Страсть переполняла меня. И я решительно ввел свой гордый клинок в ее невинное лоно. По телу кузины пробежала дрожь. Она широко открыла глаза и, полная нежности и любви, прошептала:
— Я знаю, Вальтер, дорогой, ты сейчас ранил меня. Но, мой милый, я должна пройти через это. Только ты помоги мне, будь осторожным...
Анна обняла меня за шею и стала целовать. Ее язык забрался в мой рот. Расслабившись и отдавшись чувствам, она приподнялась, чтобы лучше встретить удар пениса. Помогая, я подложил руку под ее ягодицы направил вздыбленный член точно в цель. Сильно толчком ввел головку на дюйм и ощутил таинственную преграду. Девушка вздрогнула от боли, но глаза безмолвно просили продолжать наступление. — Радость моя, обхвати меня ножками, — произнес я, на мгновение освободившись от ее поцелуя. Она выполнила пожелание с судорожной страстностью. В этот момент я сделал самый мощный толчок членом и мгновенно очутился в горячей глубине. Король Приап смел все препятствия к нашим наслаждениям. Она вскрикнула от острой боли, и я овладел цитаделью скрытых прелестей.
— Милая, радость ты моя! Ты любишь меня! Отважная Анна, как хорошо. ты перенесла мою дерзкую атаку! Полежим немного, а затем — вперед к новым наслаждениям.
Я зацеловал ее, желая выразить свою радость, любовь и благодарность. Чувствовал, как мой кинжал нежно обжимают подвижные стенки бархатных ножен. Это оказалось слишком острым ощущением и, не сдержавшись, сделал еще один толчок пенисом. Прекрасное лицо Анны исказила гримаса жуткой боли. Поэтому я постарался сдержать нетерпение. Вскоре испытал оргазм и погрузился в истому.
Однако через несколько минут моя дорогая кузина загорелась огнем желания, и мы начали новое восхождение к наслаждению. Острая боль прошла. Ведь рану залечило надежное лекарство — мое семя. Анна чувствовала в сладкой неге, как мой дружок сновал в тесном кольце пухленьких губок, доставлял ей радость скольжением вглубь и наружу. Испытав еще три — четыре экстаза, мы буквально впали в нирвану.
— Моя милая кузина, нам пора возвращаться, чтобы не нанести ущерба здоровью от чрезмерных стараний.
— Как возможно, чтобы такое замечательное наслаждение было чрезмерным и нанесло вред здоровью?
— воскликнула она страстно. Однако я все равно вынул игрушку из вагины. Она улыбнулась и пролепетала краснея: — Прости, дорогой Вальтер, мою глупость.
Но, кажется, по-настоящему ранен ты, а не я. Посмотри на своего краснокожего.
— Ах, ты, маленькая плутовка, — возразил я и горячо ее поцеловал. — Ведь это кровь твоей невинности. Позволь мне поухаживать за тобой.
И я нежно приложил носовой платок к ее припухшему разрезу, а затем вытер свой отросток.
— Этот платок, моя дорогая Анна, хранить буду как сокровище и доказательство твоей любви,. которую ты мне подарила сегодня.
Мы поднялись с зеленого ложа, помогая друг другу уничтожить следы нашей тайны. По дороге на виллу Анна молчала, а я доверительно посвящал ее в секреты искусства любви.
— Как ты думаешь, твои сестры и Франк имеют какое-либо представление о радостях секса?
— Думаю, что они были бы не против испытать эти прелести на себе, — ответила Анна. — Я часто слышал; от Франка, когда мы его целовали, что это зажигает его с ног до головы. Затем она долгим взглядом посмотрела мне в глаза
— Ах, Вальтер, боюсь, что ты будешь считать нас гадкими девчонками. Не скрою, но нередко, перед тем как лечь в постель, я и мои сестры обнажаемся и сравниваем фигуры. Иногда даже делаем кудряшки из волос на лобках у меня и Софии или балуемся маленькой прорезью Полли. Бывало, что мы изображали мальчишек. Эти игры вызывали у меня непонятно приятное чувство. Суть его я теперь знаю благодаря тебе, дорогой кузен. Хорошо, если бы ты заглянул к нам как-нибудь.
— Может
