удивительные ощущения восторга и невесомости. Губы и язык Артура никак не могли оторваться от ее клитора, вызывая один оргазм сильнее другого. Пола губами постоянно тянулась к его дружку, она нежно и сильно обхватывала и сжимала его, покусывала его своими зубками и доводила Артура до нового сладостного оргазма...
Наконец, они угомонились. Пола лежала на кровати, а Артур положил свою голову ей на грудь, с восторгом он слушал, как живет ее тело, как поднимается с каждым вздохом ее грудь, как под левой грудью сильно стучит все еще возбужденное сердце. Звонкие задорные удары ее любящего сердца были для него самым важным и дорогим в жизни, они наполняли его душу безмерным счастьем, а все остальное отступало куда-то на второй план и казалось суетным и несущественным. Пола одной рукой обняла его широкие плечи, а другой — нежно ласкала его густые черные волосы...
«Пойдем пить кофе!» — предложила Пола. Они вышли на кухню, Пола накинула свой полупрозрачный халатик, а Артур как римлянин в тогу завернулся в простыню. На кухне все еще работал телевизор, было уже 12 часов и передавали очередные новости.
Дильстрем вещал о тех сенсационных событиях, которые произошли в стране. Показывали, как Артур объявляет о своей отставке (Пола еле скрывала при этом свое счастливое выражение лица), показывали, как Кэл Серпенсен получает от короля поручение на формирование правительства.
«Да, что-то кислые у них у всех лица», — сказал Артур и выключил телевизор.
«А ты не жалеешь, что отказался от этого?» — спросила Пола.
Артур внимательно взглянул в ее любящие умные глаза, окинул взглядом ее красивое тело, очертания, которого подчеркивал легкий халатик и твердо сказал... «Нет!»
Правда, потом произошло все совсем не так, как думал Артур. Когда они вышли из дома Полы и направились к его машине, их вдруг окружила небольшая толпа, образовавшаяся из спешивших по своим делам прохожих. Люди хлопали им и говорили Артуру ободряющие слова. Они так и подошли к машине, окруженные людьми. Подъехав к своему дому, Артур увидел несколько плакатов, которые гласили примерно следующее... «Пола и Артур мы с вами!». «Артур — молодец!».
Вечером к ним домой приехал Ян Снайдерсон. Он начал без особых реверансов...
— Ты, Артур, конечно, поступил как джентельмен, но заварил хорошую кашу! Я только не понял, почему ты сразу не сказал все нам, а пошел на поводу у этих великосветских пижонов из политического совета?
— Да у меня особо то времени не было с вами со всеми разбираться. Если бы это было только внутрипартийное дело, но в это дело вмешался король и видимо много кто еще за этим стоит. Что касается пижонов, так я сам виноват, что выдвинул их.
— Ну ладно, это дело уже прошлое, мы тоже их просмотрели, должны были посоветовать тебе с ними расстаться. Но я не за этим приехал. Почти все региональные организации не согласны с решением политического совета. Короче завтра соберется национальный комитет партии и еще раз рассмотрит вопрос о лидере партии и составе политического совета. Если ты согласишься, мы готовы восстановить твое членство в партии и доверить тебе лидерство.
— Ян, но ведь Кэл уже назначен председателем совета министров.
— Ну, как назначен, так и будет снят.
— Но ведь король тоже не согласен с нашим браком.
— Думаю, он не будет сопротивляться. Вы тут, два голубка сидите целуетесь и не знаете, что в стране из-за вас целая революция происходит. Нас уже завалили телеграммами в вашу поддержку и телефоны не остывают, твой «друг» Рэндольф тоже не знает, что делать с телеграммами и телефонами. Да ты посмотри, что у тебя перед домом делается. В общем, Артур, если ты согласен, мы тебя завтра ждем на национальном комитете, ну если нет, мы все равно примем решения!
Артур задумался, подошел к окну и отодвинул штору, у подъезда стояли самодельные
