только в юности.
— Да что случилось? — Оксанин голос возвращает мне чувства.
— Почему ты не спишь? — дрожащим голосом говорю я, пытаясь уйти от ответа.
— Не спится, — спокойным голосом отвечает она, кладя голову мне на плече. — Тишина-то какая! Я давно отвыкла от такой тишины.
Я теряюсь в догадках, чего она хочет? Случайный ли ее приезд? Зачем она положила голову мне на плечо? Но Оксана встает, целует меня в щечку и легкой походкой скрывается в доме.
Утром я встал немного пораньше. Выкатил «Ниву», отвез Оксану до станции. Ей с утра на работу, нужно уехать на первой электричке.
— Извини, если что не так, — с этими словами она чмокнула меня в щечку и скрылась в вагоне.
Подождав, пока поезд скроется за поворотом, с тревожным чувством я поехал на ферму. Вот так я остался с Дианой один на один.
Закончив дела на ферме, часам к одиннадцати я приехал домой. Диана еще спала. Счастливая молодость. Сполоснувшись под краном и наспех перекусив, я лег на любимый диван, взял газету. Это время лета мне нравилось больше всего. Сенокос еще не начался, днем можно выкроить свободное время, что б отдохнуть. Бегло пробежав по страницам, я накрылся газетой и мгновенно заснул. Разбудил меня неистовый рев западной музыки. Я подскочил как ужаленный, не понимая, откуда доносится музыка. Метрах в пяти, не замечая меня, в короткой майке, едва скрывающей красивую грудь, в белоснежных стренгах, в так музыки извивалась Диана. Движения ее были ритмичны, красивы. Я невольно залюбовался воистину прекрасным созданием. Временами ее руки взмывами вверх, увлекая майку и обнажая высокую изящную грудь. Затем ладони плавно скользили вниз к бедрам, голова вращалась в так музыке, рассыпая пышные волосы, и все повторялось сначала. Скоро музыка сменилась, сменимся и стиль движений. Красивая штука аэробика. Увлеченная Диана не замечала меня. Ритмы менялись один за другим, менялись движения. Приподнявшись на локтях, я любовался гибкостью юного тела, красотой ее изящных движений. Поднимая голову и, кивком закидывая роскошные волосы за плечи, Диана кинула беглый взгляд на беседку и мгновенно застыла. Оцепенение продолжалось не больше секунды. Она нажала кнопку магнитофона и с виноватой улыбкой приблизилась к дивану.
— Извините дядя Саша. Я думала, что вы на работе, — быстро заговорила она. — Я вам помешала?
— Ничего страшного, — увидев прямо перед собой больше раздетую, чем одетую девушку, смущенно отвернул я глаза. По моему телу пробежала приятная истома.
— Дядя Саша, я больше не буду... Обедать будете? Я приготовила лапшу с тушенкой, — не унималась она. Виноватая улыбка давно сползла с лица, и теперь она вся сияла от счастья. Мне показалось, что она специально дразнит меня, не убежав в свою комнату а, продолжая демонстрировать свое красивое тело. В то время как моим телом давно овладела легкая дрожь.
— Давай пообедаем, — что бы как-то выйти из неловкого положения согласился я.
Сверкнув почти обнаженными ягодицами, летящей походкой, Диана скрылась с террасы. Только тогда я почувствовал, что весь мокрый от пота. Мои руки тряслись. «Что, я что ли дурак? Нет, так недалеко до греха», — лихорадочно думал я. «Нужно отправить ее домой, пока я еще не сошел с ума».
Я чувствовал, что мной овладело давно забытое желание. Я поймал себя на мысли, что мне хочется прижаться к этому юному телу, и ласкать его, ласкать целую вечность.
— Дядя Саша! Готово... Идите... , — ее бархатный голос заставил вздрогнуть меня.
«Да что это со мной?» — я попытался подняться, но ноги не слушались. Снова усилилась боль в промежности, заныли придатки. С большим трудом, как будто я отработал две смены подряд, едва передвигая ноги, вошел на веранду, где стоял летний столик. Наряд Дианы не изменился ничуть, и моим телом снова овладела
