ничего себе не воображать, когда Андрей заносил ее в баню через низкую и узкую дверь. От нее только хуже. Мальчик в 100 раз лучше нее справляется со всем. Когда Анндрюха пяткой захлопнул за собой дверь Света захотела только его предупредить:
— Андрюша, ты знаешь... Я... Еще...
— Я знаю. Будет больно, не бойся, кричи.
Андрюха понял, что его страхи по поводу себя напрасны, когда захлопнул за собой дверь в предбанник. Света лежала у него на руках с закрытыми глазами и явно возбужденная. Он заметил движение на ее шее, и догадался, что она захочет сказать.
В солдатской среде он наслушался историй про то, как это делают в первый раз, отбросил явную чепуху, сам подумал. Сейчас ему показалась удобной именно банная лавочка, а не диванчик, как в предбаннике.
Он положил Свету на теплую лавочку. Девушка лежала не двигаясь, честно соблюдая только что данное себе обещание не думать. Теплая рука скользнула по животу, там и по внутренней стороне бедер. «Хорошо, Андрюшенька, я сделаю все как ты захочешь, я уже развожу ножки».
Андрюхе открылась необычайная картина. Ему бы никогда не пришла в голову мысль целовать кого бы то ни было там, но к вселенской чистоте земные, человеческие мерки не подходили. Он наклонился и осторожно провел языком.
«Да, Андрюшенька, если я тебе нравлюсь, целуй, целуй меня, пожалуйста. Видишь, все это теперь твое».
И вдруг Андрюхе показалось, что ей этого не надо, что она готова к самым решительным действиям. Он уперся руками на узенькую лавочку, так, что пришлось сжать Светины ребра с боков. Он приблизился к ней. «Ну, и как сюда входить?» Он тер его о ее лобок. «Показывай, хозяйка, где вход»!
«Что же ты перестал? Я что, не как другие? У меня что-то не там растет? Вот, вот сюда, я покажу».
Еще немного времени они примерялись друг к другу.
Раз!
— Ай! — Света дернулась, стукнулась головой о шайку и та с грохотом упала на пол.
Готово!
Неопытному перевозбужденному Андрюхе много не надо. Два, три, четыре — и он уже не может шевелиться. Вспомнив о безопасности, он хотел выйти, но Света вонзила свои ногти ему в ягодицы и со всей силы прижала к себе, чтобы не упустить ни одного движения, ни одной капельки этого всего нового. Этой жизни.
Наташа, едва вбежав в парную, сразу нашла и ковшик, и рукавицу, как будто никогда отсюда не выходила, три раза брызнула на каменку, узнала, как она протоплена и бросила уже полный ковш на выбранное ей место. Хорошо! Еще разок! А-ах! Она взяла два веника и погрела их над печкой. Ой, как хорошо! Ее тело вспомнило и пар, и хлесткие удары веников. Мамочки, как хорошо! Наташа похлестала себя спереди, ноги, плечи. Вот, сейчас бы спинку! Она услышала, как вошли девчонки, как хлопнула дверь.
— Девочки, давайте сюда!
Ух, я вас встречу! Еще подкинем... Та-ак... Чего не идут? Что нам у них упало?
— Светка, Анька, где вы?
Наташа приоткрыла дверь парилки и увидела подруг в необычной позе. Смутившись, что застала их, Наташа хотела скрыться обратно в парной, но верхнее тело скорее напоминало мужчину. Точно!
И тогда Наташа завизжала.
Мл. с-т Потехин оценил, что тревогу он сможет подать через 5 секунд, покинуть баню через 35, и через 50 уже начнет запускать аварийные генераторы.
Светка просто вскочила, скинула Андрея, он уронил всю лавку вместе со Светой, лавка упала на уроненную ранее шайку, шайка не сломалась, но вылетела и ударила в дверь парной. Решив, что это принялись за нее, Наташа заорала еще громче.
Из предбанника влетел Гоша и увидел два тела на полу, общий развал и визжащую Наташу. Что бы ни было, он оттащил Наташу к стене и заслонил собой, держа в поле зрения место действия и обе двери. Из предбанника осторожно выглянула Аня.
— А чё это у вас тут происходит?
— Я. Звала. Веники. Попариться. Их два. А вы тут. Я думала сначала, может. Вы. А откуда мужик. А почему Светка даже не кричит,
