что случилось, потом они уже вдвоем залезли под капот, а минут через пятнадцать движок ожил. Мы поблагодарили шофера, вручили ему припасенную на такой случай бутылку водки и грустно посмотрели друг на друга: наш пароход, фигурально выражаясь, уже сделал нам ручкой. А шофер, с интересом посмотрев на наш, и особенно на мой, наряд, понял, что мы ехали развлекаться, и пожелал нам хорошо провести время.
Он уехал, а мы с Игорем еще немного попрепирались и решили возвращаться домой. После того, как мы столько времени просидели на дороге и упустили наш пароход, уже не было никакого желания развлекаться. Да и выброшенные на ветер полторы сотни долларов за билеты тоже нас особенно не радовали. Тем не менее, я сказала Игорю, что мы все равно должны заплатить Саше за шесть часов работы, да еще по двойному тарифу, так как она согласилась сидеть с нашим сыном в свой день рождения.
К дому мы подъехали к половине двенадцатого. Я сказала Игорю, чтобы он не загонял машину в гараж, так как мне еще предстояло завозить Сашу домой. Огни в доме были погашены. Свет был только на кухне и в кабинете. По вспышкам на занавесках я поняла, что Саша смотрит телевизор.
Мы вошли через кухню, и я с удовольствием сняла туфли, которые уже успели натереть мне ноги. Я тихонько поднялась наверх, чтобы посмотреть, как спит сын, а потом так же тихо спустилась вниз. Подходя к кабинету, я услышала странные звуки, доносившиеся из-за двери. Кто-то громко сопел и постанывал. Прислушавшись повнимательнее, я поняла, что там занимались сексом и что Саша там была явно не одна. Я замерла в изумлении, не зная, что мне делать дальше: то ли заходить в кабинет, то ли вернуться на кухню, но так, чтобы меня могли услышать. По крайней мере, у них была бы возможность одеться и привести себя в порядок, а не кидаться в смущении в разные стороны при нашем появлении в кабинете. И в то же время меня распирало любопытство, с кем это там Саша трахается и что же это за лихой парень, который сейчас задвигает свой член в ее юную щель.
Все же я решила тихонько вернуться на кухню и рассказать обо всем Игорю, чтобы решить, что дальше делать. Я рассказала ему о нашем предыдущем разговоре с Сашей, но добавила, что даже представить не могла, что она вздумает в тот же вечер в нашем доме расстаться с девственностью. Да и мы, кстати, тоже появились в доме на пару часов раньше, чем обещали. Игорь, конечно, стал настаивать на том, чтобы мы немедленно вошли в кабинет и всполошили устроившуюся там пару. Это и нам бы доставило удовольствие, и Саше бы лучше запомнился тот день, когда она потеряла невинность. Я сразу же догадалась, что муж настроился на то, чтобы самому что-нибудь урвать. К тому же он не мог упустить случая поглазеть на восемнадцатилетнюю девушку, которая в первый раз легла под кого-то. Конечно, он ни за что не хотел в этом сознаться, но я думаю, что желание полюбоваться телом обнаженной Саши было главной причиной, по которой он стал настаивать на том, чтобы мы вошли в кабинет.
Игорь снял ботинки, и мы вдвоем стали красться к двери кабинета. По звукам из-за двери мы поняли, что там все было в самом разгаре. Хорошо было слышно, как ее приятель выкрикивал непристойности, а она лишь громко постанывала. Но тут мы услышали еще один стон, по которому мы поняли, что там был еще кто-то, кроме тех двоих. Тембр голоса был достаточно высоким, и я могла поклясться, что голос принадлежал Саше. Если это было так, то что же там еще за девица была в кабинете? Мы с Игорем с понимающей улыбкой переглянулись.
Игорь высунул голову из-за угла, чтобы заглянуть в кабинет. Секунд двадцать он смотрел не отрываясь, а потом резко убрал голову. Прижавшись к моему уху губами, он стал тихо нашептывать, что эта скромница смотрела фильм из нашей тайной коллекции. Он объяснил, что накануне пытался смонтировать пленку с записью одного из наших вечеров, но забыл запереть кассеты в ящик. Саша,
