Однажды Сидоров пошел прогуляться. Подойдя к магазину, где он обычно покупал хлеб, Сидоров краем глаза заметил, что с магазином что-то не так. Ах да, вывеска. Вместо «Хлеб» на ней красовалась странная надпись «Эротическая переПИСЬ населения». — Полный бред, — решил Сидоров и вошел в бывший магазин. — А где булки? — поинтересовался он у девушки, стоящей за прилавком. — Какие булки, мужчина? — округлила она глаза, — если мои, то мне их сейчас мнут. Сидоров заглянул за прилавок и увидел, что сзади девушки пристроился на корточках мужик, который задрал ей платье, залез ручищами под трусики и тискает ее попку.
— А че у вас тут происходит? Бардак какой — то.
— Нет никакого бардака. Всероссийская эротическая переПИСЬ населения. Согласно федерального закона.
— Так ведь недавно только перепись была.
— То обычная, а у нас — эротическая, — возразила раскрасневшаяся девушка.
— Вот именно, эротицкая, — добавил мужик, оставив попку девушки в покое и ухватившись за ее груди.
— А почему переПИСЬ, с ударением на последнем слоге?
— Потому, что переПИСЬ всех писей. Участвовать будете? — тяжело дыша, осведомилась девушка.
— В чем? — спросил Сидоров.
— В переПИСИ.
— Буду.
— Фамилия, имя, отчество?
— Сидоров Вадим Сергеевич.
— Возраст?
— Тридцать пять.
— Так. Пол — мужской, это я вижу. Размер?
— Размер чего: одежды или обуви?
— Члена.
— Не знаю, не измерял.
— Маша, измерь ему член.
Из недр бывшей булочной вышла блондинка пышных форм в трусиках и бюстгальтере.
— Маша, — представилась она, — снимайте штаны.
— Зачем?
— Измерять бум ваше достоинство.
— Это обязательно?
— Какая же это переПИСЬ, если мы Вам член не измерим, мужчина? — обиделась Маша.
— Что, прямо здесь измерять будем?
— Пройдите в кабинку.
Вадим прошел в сооружение, похожее на кабину для голосования на избирательных участках. Маша вошла за ним и помогла ему раздеться. Она взяла в руки его член, слегка сжала его. Член начал набухать и расти.
— Валь, пиши: реакция хорошая! — крикнула одна переписчица другой.
— Не реакция, а эрекция, — оскорбился Сидоров.
— Мы в университетах не кончали, — парировала Маша.
Она поработала еще немного рукой, взяла другой рукой линейку и произвела необходимые измерения. Сообщив результаты измерений Вале, Маша выяснила, что половая ориентация Сидорова — традиционная, а его излюбленная позиция — раком.
— Валь, пиши в пункте пятом — подпункт 1, в пункте 6 — подпункт 4. Мужчина, идемте в койку.
— Я не хочу.
— Хочу — не хочу. А федеральный закон, Вам что, хрен собачий? ПереПИСЬ едина для всех. Мы не можем дать полной картины эротической переПИСИ россиян, если не узнаем, каковы Вы в постели.
Маша вывела Вадима из кабинки и провела в другое помещение, похожее на больничный изолятор: кровать, тумбочка, раковина.
— Валя, слышишь меня?
— Слышу.
— Что у Вас, везде переговорные устройства?
— Конечно, для удобства поголовной переписи. И видеокамеры еще есть, чтобы нас лучше видно было.
— Я так не хочу.
— Да ладно Вам! Какой нудный. Взялся за гуж: Наденьте презерватив, я пока сниму трусы и лифчик. Але, третья, Надь, ты как там?
— Я тут девушку обслуживаю, лесбияночку, у нее киска такая смачная, так в нее язычок приятно было макать! Слышишь, она стонет, это я ей три пальца ввела, она только задницей вертит, кайфует.
Маша взяла Сидорова за руку, опустила ее на свой животик, прихватила пальцами свои трусики, потянула их слегка вниз, намекая, чтобы мужчина раздел ее, и продолжила перекличку.
— Четвертая! Вадик, что у
