Сегодня опять идет дождь, уже целую неделю льет. Хлопают дворники, сметая воду с лобового стекла, барабанят по крыше тяжелые капли. Чем-то нравится мне дождь, загадочностью своей, что ли. Вот последний поворот перед моим домом, сейчас загоню в гараж свой БМВ и засяду с книгой у камина, самое подходящее занятие в такую погоду. Книга, хорошее бренди и сигара — к этому я стремился сегодня целый день. Вот телефонная будка, а за теми сосенками — мой дом. Hавстречу, под проливным дождем, бежала какая-то женщина, пытаясь укрыться от ливня жалким зонтиком. Ее вид, ее промокшее насквозь платье мгновенно возродили в моей памяти событие, произошедшее почти год назад на этом же месте...
В прекрасном настроении я ехал домой, насвистывая последний хит Мадонны. Это настроение не мог испортить даже исключительный ливень, второй день заливавший улицы. И когда я увидел одиноко и грустно стоящую фигурку у дороги, мне захотелось поделиться с ней своим хорошим настроением. Тем более, похоже было, что девушка изрядно продрогла. До дома оставалась минута езды, но черт подери, что такое лишние полчаса для настоящего джентельмена?
— Мисс, похоже, вы рискуете простудиться, путешествуя в таком виде — я улыбнулся ей своей самой сногсшибательной улыбкой, — садитесь, я подвезу вас, куда нужно — с этими словами я открыл дверь, приглашая незнакомку в машину.
Она даже не попыталась возражать, только заглянула в машину и не заметив никаких опасностей, запрыгнула на переднее сидение. Она промокла «до нитки» и от холода уже тихонько стучала зубками. Ее благодарный взгляд был для меня лучше, чем всякие слова.
— Вам куда надо? — спросил я ее, готовясь разворачивать машину.
— К... к «д-дому ххудожжников» — она с трудом это произнесла и посмотрела на меня. Только сейчас я заметил, как она была красива... Огромные глаза, цвета весенней листвы, красивые губки «бантиком», точеные черты лица. В ее облике было что-то неуловимое, то ли холодный ветер, то ли жаркое дыхание на ложе любви. А фигурка... Промокшее платье из красного шелка было, словно вторая кожа. От моего мимолетного взгляда не укрылись ни острые маленькие грудки, ни осиная талия моей неожиданной спутницы.
— Да, для вас лучше сейчас побыстрее одеться в теплое и выпить чего-нибудь — сказал я, разворачивая машину и оглядываясь по сторонам.
Домом художника у нас называют многоэтажный дом, весьма старый. Когда-то там временно жил какой-то известный художник, но его имя было давно заброшено и осталось только определение его ремесла. Примечателен он ничем не был, если не считать большого стеклянного колпака на крыше.
Пустые дороги позволили нам добраться к Дому художника минут за пятнадцать. Я включил печку, и моя гостья немного согрелась, хоть зубами стучать перестала. Мы почти не разговаривали — я был занят машиной. Припарковав машину, я взял с заднего сиденья зонт и предложил девушке провести ее к подьезду. Она не отказалась, и мы вышли под мокрые плети осеннего ливня. Она прижалась ко мне, то ли спасаясь от холода, то ли боясь снова намокнуть. Ее прикосновение взволновало меня, но я решил до конца оставаться джентельменом.
Зайдя в холл, я собрался было попрощаться и уйти, но она неожиданно взяла меня за локоть:
— Hе уходите, если только это возможно... — ее глаза лишали меня всякой возможности сопротивляться и я безропотно пошел за ней к лифту...
Оказывается, она живет на самом верху. Пентхауз, это всегда интересно. А здесь было особенно, потому что для довольно большой части немаленькой квартиры потолком был тот самый стеклянный купол. Да и обстановка самой квартиры тоже была во многом стеклянной. Это делало ее похожей на хрустальный дворец из детской сказки и довольно интересной. Ощущение какой-то нереальности добавляли разные фигурки из металла, изображавшие в большинстве своем,
