заговорил с ней, заверяя, что ничего страшного не произойдет, убеждая ни о чем не беспокоиться. Затем повторил попытку.
— Глубже и глубже ты погружаешься в сон...
Ее веки медленно опустились.
— Расслабленная и свободная...
Процесс пошел.
— Глубже и глубже...
Мышцы лица расслабились, голова упала на грудь. Он ее загипнотизировал! Эрик тут же выключил магнитофон.
— Уэнди, ты проснешься на счет три. И окажешься лицом к лицу с Джейком Эдвардсом, который вернулся из деловой поездки раньше, чем ожидал. Ты с нетерпением ждала его возвращения, чтобы встретить его с распростертыми объятьями. И, наконец, вы снова вдвоем, и сейчас воздашь ему по заслугам.
Она сидела, не шевелясь, словно кукла.
— Один...
Эрик сознательно не упомянул про секс, чтобы решение принимала Уэнди.
— Два...
Она с удовольствием потрахается с ним, поскольку подсознание убедит ее в том, что перед ней Джейк, а не Эрик. Во всяком случае, попробовать стоило.
— Три...
Уэнди медленно открыла глаза и тут же ее лицо вспыхнуло. Из глаз брызнули слезы, губы задрожали. Эрик не мог поверить тому, что видел: неужели она так любит Джейка?
Уэнди откашлялась, вытерла глаза.
— Когда ты успел вернуться? — тихим голосом спросила она.
Но, к изумлению Эрика, не бросилась в его объятья. Но явно видела в нем Джейка. Хороший знак!
— Эй! — воскликнул Эрик. — Разве ты не рада меня видеть?
Уэнди молча смотрела на него, словно не находя слов для ответа. Эрику оставалось только ждать.
— Джейк, я удивлена, что ты... — Уэнди всхлипнула.
Она назвала меня Джейком! Эрик просиял, наклонился, погладил золотистые волосы.
— О поездке я расскажу тебе позже. А сейчас давай оторвемся.
То было любимое выражение Джейка. Эрик ввернул его для убедительности.
Уэнди вскинула голову, шмыгнула носом, выдавила из себя улыбку.
— Только этого тебе и надо. Мне следовало знать об этом.
Глаза Эрика широко раскрылись, когда Уэнди скинула свитер, расстегнула блузку, бюстгальтер. Какая великолепная грудь!
— Ты очень расстроена, — проворковал Эрик. — Сейчас тебе полегчает.
Выражение лица Уэнди не изменилось, когда Эрик начал целовать ее соски. Его возбуждение мгновенно достигло пика, она же сидела не шевелясь, а потом, внезапно, с силой ударила его сумочкой по голове.
Эрик потерял равновесие, покатился по полу, потом долго искал слетевшие с носа очки. Уэнди тем временем рылась в сумочке.
— Сукин сын! — взвизгнула Уэнди. — Я же сказала, что никогда не прощу тебя!
— Но, Уэнди... — Эрик нацепил очки на нос, поднял голову. — Я не понимаю...
Ему в лоб смотрело дуло револьвера тридцать восьмого калибра.
— Ты не можешь сдерживаться, так? — кричала Уэнди. — Ты у нас такой жеребец, что не мог пройти мимо моей сестры! — она всхлипнула, вытерла слезы, вновь оросившие щеки. — Ты думал, она ничего не скажет, умник?
— Но подожди, Уэнди, это я, Эрик...
— Давай оторвемся! — фальцетом передразнила его
Уэнди. Дуло револьвера уперлось ему в переносицу. — Оторвись вот с этим, мерзавец.
Револьвер дрожал в ее руке. Она выстрелит, осознал
Эрик. Она сейчас застрелит его!
На лбу Эрика выступил пот. По ноге полилась теплая струя мочи. Надо вывести ее из транса, сказал он себе. Надо сохранять спокойствие.
— Одну минуту, Уэнди, — заговорил он, стараясь изгнать дрожь из голоса. — На счет три...
— Совершенно верно, сукин ты сын, — прервала она его, палец на спусковом крючке напрягся. — На счет три...
Перевел с английского Виктор Вебер
MICHAEL GARRETT
AT THE COUNT OF THREE
