происходящего. Не дожидаясь согласия Спартака, Андрей, а ему было достаточно, что его не оттолкнули, опустился на колени, полностью освободил солдата от нижнего белья и лаская пальцами член солдата, принялся целовать кожу его ног. Трепетная волна возбуждения вытеснила все сомнения. Спартаку ужасно захотелось продолжения, хотелось испытать... — Пожалуйста, возьми меня сзади, — прошептал Андрей. Словно загипнотизированный своим новым знакомым, Спартак поднял парня с пола, развернул его тело спиною к себе. Член солдата, направляемый подрагивающими пальчиками партнера, с трудом вошел в тело Андрея. Спартак почувствовал резкую боль и вместе с этим страстное желание ощутить эту боль вновь. С вершины его члена словно содрали кожу, до такой степени явственными были ощущения обладания другим телом. Охватив парня за ягодицы, Спартак вводил член резкими, даже грубоватыми толчками. Но Андрею это нравилось...
— Так, да, да, так, еще резче, разорви меня пополам, еще, еще, — стонал он, сотрясаясь всем телом от «ударов» Спартака.
Член скользил внутри Андрея, но не как в женщине. Вход парня охватывал орган солдата все таким же плотным кольцом, что и в начале совокупления. А боль, возникшая при полном вводе члена от натяжения кожи, словно подхлестывала Спартака к дальнейшим действиям. В нем просыпались звериные инстинкты. Иногда, от нахлынувшего возбуждения, Спартак издавал звуки похожие на рычание. Хотелось чего-то дикого, неординарного. Андрей совсем расслабился. Он, словно сломавшись в пояснице, висел на руках Спартака, касаясь ладонями пола.
Спартак резко оттолкнул парня, и, ловко перехватив падающее тело, схватил ладонями лицо Андрея. Резко втолкнув член между губ партнера, Спартак тут же разразился новой порцией спермы. Андрей чуть не захлебнулся, сглатывая заполнившую рот влагу. Силы покинули Спартака и он, отшатнувшись, плюхнулся на диван. Лишенный поддержки солдата, Андрей рухнул на пол, к его ногам.
Спартак испугался, когда открыв глаза, обнаружил Андрея все еще лежащим на полу.
— Эй, — тронул он его за плечо.
Тот открыл глаза. Их блеск говорил красноречивее всех слов. Благодарная нежность светилась в зрачках Андрея.
