Моя жена Лена — училка. Нет, чтобы быть училкой недостаточно только работать в школе. Нужно быть училкой в душе. Ее медом не корми — дай только кого-нибудь повоспитывать. Вот и сейчас она воспитывает своего братца. Я лишь только дверь раскрыл, сразу понял по шуму из зала, кто сегодня попал под раздачу. В такие моменты лучше на ее пути не становиться, достанется по первое число. Сразу вспомнит, что утром мусор не вынес, что за телефон не заплатил и еще добрую сотню грехов, которые успел совершить за последний месяц. Поэтому тихонько иду на кухню в надежде вытащить из кастрюли кусок мяса и насладиться им в благостном уединенном спокойствии.
Антон, ее брат — студент. Он живет у нас уже третий год. Хлопот, в принципе не доставляет, но Лена так не считает.
Как-никак, он на восемь лет младше нее, и она чувствует себя ответственной за его воспитание. Угораздило же его вчера домой пьяным в три часа ночи явиться, да еще с подсвеченным глазом. Видно, продрых весь день, а теперь вот получает кундюлей от нашей воспитательницы.
— И когда ты за ум возьмешься?! Вроде уже и взрослый человек, а мозгов не нажил!
— Не тебе судить, нажил или не нажил!
Ну, надо же, еще и огрызается. Отважный парнишка, отважный. Видно она давно уже ему морали читает, раз его это начало доставать. Обычно Тоха героически все выслушивает, отшучивается и старается куда-нибудь свалить побыстрее. Да я и сам той же стратегии придерживаюсь. С ней спорить — себе дороже.
— Уж мне-то как раз и можно судить. Я же тебя как облупленного знаю. Тебя если в зад не пинать, совсем опустишься. На учебу забил, одни пьянки-гулянки на уме! Небось, опять у этих потаскушек болтался?
— Какие еще потаскушки?! Мы к экзамену готовились, ну, и выпили немного за начало сессии.
— Ты помаду с себя бы оттер сначала, а потом спорил. И духами от тебя за километр разит. Вот расскажу все Татьяне, будет тебе свадьба.
Это она зря, по-моему. Знает же, как Антон на такие вещи болезненно реагирует.
— А вот сюда, ты свой нос не суй!
— А то что?
Ехидный смешок. Ух, так и врезал бы, будь она мужиком. Ну, давай, Тоха, я на твоей стороне, поставь ее на место.
— В ебало получишь, вот что!
Вот это круто! Тоха, мои аплодисменты.
— Ах ты, щенок! Да я ж тебя одним пальцем раздавлю, Будто я не знаю, как ты меня боишься. Чтоб ты на сестру руку поднял?! Ха-ха три раза!
Ох, заведет она его, чувствую, придется все-таки мне вмешаться.
— Подниму, если нужно будет, не переживай. И не только руку.
— Ой-ой-ой! Я прям вся и испугалася! А что же, ногу? Или ты мне своим членом пригрозить решил? Иди, вон сучкам своим пригрози!
— Ногу, ногу. А член не надейся. Он еще и не встанет на такую старушку.
Хам! За это можно и от меня отхватить. Единственное, что утешает, то, что я-то цену его словам знаю. Сколько раз видел, какими блестящими глазами он на нее поглядывал. Ленка сейчас в самом соку. Вот только юмора такого она никогда не понимала. И сейчас, видно, не поймет.
— Свинья! Урод! Убирайся отсюда, чтоб духу твоего здесь не было!
Слышно, как она пытается молотить Антошку кулаками. Пойти разнять что ли? Впрочем, и сам большой, справится. Звуки ударов постепенно переходят в звуки возни, крики в напористое сопение. Видно перешли на борьбу. Логично. А как с ней иначе справиться? Пойду, посмотрю поближе, что там у них творится. Дверь в зал приоткрыта. Брат с сестрой барахтаются на разобранном диване. Антошка сверху, что и следовало ожидать. Куда ей с его силенкой тягаться. Боролся я с ним пару лет назад в шутку. Уложил, конечно, но парнишка крепкий. А за последнее время еще больше возмужал, регулярно в тренажерный зал ходит. Но у Ленки характер. Она так просто не сдастся, до последнего будет выкручиваться. Кряхтит, матюкается сдавленно, но пока ничего не выходит. Не любит она проигрывать, ни
