показывает направление движения, а на скатах, перекатах, порогах, инструкторский рафт вылавливает выброшенных рафтеров, их имущество и снаряжение. Достаточно весёлое занятие.
Пользуясь своим преимуществом как инструктор, я посадил Катю на носу рафта, что бы она вдоволь накушалась впечатлений от бурлящих волн и крутых спусков. Я специально загребал на самые крутые места порогов, что бы рафт погружался носом в волну и накрывал нас с головой. Было очень весело слышать визг и вопли Кати, умирающей со страху. Два раза мы перевернулись и скатились по порогу, разбрасывая в стороны вёсла и имущество. Мне как опытному инструктору это доставляло только радость, так как жара стояла страшная, и окунуться в прохладную воду было очень приятно. А вот Катя воспринимала такие падения как последние мгновения её жизни, и поэтому, когда я вытаскивал её обратно в рафт, она смотрела на меня, как на ангела спасителя, что было очень приятно.
На первой же стоянке, где по плану у нас был отдых и перекус, Катя сразу же подсела рядышком, видимо не желая отпускать меня далеко от себя в столь незнакомой и опасной местности. Я, пользуясь случаем, и выполняя свои должностные обязанности, стал рассказывать занимательные истории, которые связанные с этим местом, позволяя туристам хорошенько отдохнуть и получить удовольствие. Я поведал им историю про медведя, от которого спасались люди из соседней деревушке, про подвиг деревенских жителей в годы войны, про смешные и удивительные случаи, произошедшие с другими группами во время сплава. Катю и детей, а так же ещё двух женщин, конечно, напугала история про медведя, и они стали интересоваться, а водятся ли тут до сих пор медведи. Я, желая напугать туристов и придать туру максимальный экстрим, показал на лосиный помёт и сказал: «Да вот, пожалуйста, медвежьи какашки, позавчерашние, судя по затверделости». Было заметно, что такой наглядный ответ произвёл должный эффект, так как лица всех присутствующих вытянулись от удивления. «А что нам делать, если сейчас медведь выйдет сюда?" — спросил с испугом в голосе Андрюшка, один из детишек. «Местные медведи к туристам не выходят, у нас с ними договор, что на каждой стоянке, мы оставляем им гостинец, а они, за это, не подходят к палаткам и бивакам», — отшутился я, показывая свою значимость и важность в данное время. Но мою шутку наверно оценил только мужчина лет 45-ти, который усмехнулся краешком губ. Остальные же, судя по вопросам, о том, что за гостинец, и сколько надо оставлять, мне поверили. Я сказал, что оставляем обычно банку сгущёнки или кусок колбасы, и мои подопечные, толи со страху, то ли от желания покормить диких зверей, тут же выложили из наших запасов две банки сгущенки и целую колбасу. Я, не желая, что бы мои туристы потом голодали, обозначил, что пошёл выкладывать гостинец, но переложил всё переданное для медведя в другую бочку.
Дальнейший сплав проходил по тому же плану. Так же весело и энергично. Катя уже боялась меньше, видимо уверовав в моё всемогущество и попривыкнув к воде. К вечеру мы уже добрались до ночной стоянки, где наш водитель уже поставил палатки, развёл костёр и приготовил ужин. Так приятно, после утомительной физической работы, скинуть мокрую одежду и надеть сухую, выпить горячего чая с коньячком, а потом, покушать приготовленной на костре, обалденно вкусной картошечки с тушёнкой. На турах никогда не приветствуется употребление спиртных напитков, но для сплавников, делается исключение, и в заложенном рационе есть коньяк и водка, специально для согрева. Каждому приходится грамм по сто на день сплава. А так как у нас было трое детей, то норма немного увеличилась, и я позволил себе, вместо одной «наркомовской» выдать каждому по две чарки горячительного напитка. Усталость быстро прошла, и люди стали делиться впечатлениями, приукрашивая и преувеличивая опасности и ощущения. Так в разговорах за
