Случилось это со мною не так уж и давно. Впечатление было настолько сильным, что запало глубоко в душу и побудило меня написать этот мемуар...
Жаркое лето выдалось в тот год и я, изнывая от яркого и палящего солнца стремился поскорее найти убежище где-нибудь в тени московских улиц, куда в столь неподходящее время был отправлен в командировку. Несмотря на то что у нас температура летом бывает и повыше, однако духота чужого и огромного по сравнению с Алма-Атой города действовала угнетающе на мое настроение.
Обеденный перерыв я обычно коротал в кафе что находилось в подвале большого многоэтажного здания времен «Сталинской готики», где на первых этажах располагались продовольственные магазины, по всему периметру здания и в которых по тогдашним меркам можно было купить всего, что душа пожелает. Находится это здание и по сей день вблизи станции метро Краснопресненская — разве что название станции и улиц теперь изменены.
Так вот, зайдя как обычно в кафе при кинотеатре, я заказал бутылочку пива и небольшой завтрак почти всухомятку, зная что вечером все равно предстоит обильный ужин в одной из гостеприимных московских семей. За столиком помимо меня уже расположился молодой и весьма привлекательный парень лет эдак 25—28. Глядя на меня он сразу же безошибочно определил во мне приезжего и, улыбнувшись, начал непринужденно и как будто зная меня вот уже много лет, распрашивать про житье в столь далекой для него и экзотической Алма-Ате...
Через несколько минут общения мы болтали с ним на разные темы словно старые приятели, встретившиеся после некоторого периода разлуки. Слово за слово и стало ясно, что парень весьма непрост и заприметил меня не совсем, скажем, как первого попавшегося на глаза. Выяснилось, что он уже несколько дней наблюдает мои посещения этого кафе в обеденный перерыв и выбор его пал на меня не совсем случайно. Надо сказать, что внешность моя в то время была скорее присуща человеку художественного направления и совсем не подтверждала мою техническую направленность в работе. Многие в московском центре, куда я приехал по делам, ошибались, принимая меня за финна либо за северного иностранца — хоть и одет я был по провинциальному. Но, как бы то ни было, длинные пушистые волосы и ухоженная борода сыграли свою роль в его выборе. Судя по манерам, я безошибочно почувствовал в нем человека, родственного по своей ориентации. И я не ошибся. Парень и не думал этого скрывать обнимая меня в открытую словно брата, потерявшегося и внезапно нашедшегося в толпе.
О всепрощающая и бесшабашная молодость! Разве теперь поехал бы я в одиночку, оказавшись в чужом городе, с незнакомым, хоть и весьма симпатичным мне парнем в пригород — в Кучино на электричке!? Домой, к моему новому знакомому, еще до конца не зная что меня там ожидает в ближайшее время.
А парень — Дима — старался развлекать меня в пути, рассказывая какие-то смешные подробности из своей жизни и мы оба весело смеялись, глядя друг другу в глаза и замечая как невидимые нити нового очарования все более и более опутывали нас обоих, и неумолимо толкая на предсказуемую уже теперь близость...
И вот мы в его квартире. Как принято — на столе появляется бутылка коньяка, легкая закуска, включается видео — естественно порнуха, с уклоном на нашу ориентацию, скрывать которую уже не имеет смысла.
Теперь, когда выпито по случаю знакомства, и языки развязались, я узнаю главное — парень страдает комплексом неполучения удовлетворения без причинения боли — как это принято теперь обозначать девизом — FROM PAIN TO PLEASURE — ставшего популярным на сытом западе садомазохизма — SM...
Меня он пригласил для выполнения столь необходимого для него ритуала получения боли и страданий, без которых он не сможет излиться в сладостном оргазме. Ознакомившись со «сценарием» игры, я уже примерно представлял, ЧТО мне
