В дверь ванной постучали. Я дернулась от неожиданности и едва не поцарапала себе ногтем нежное место. — Оля, выходи уже, — послышался голос Любы. — Чайник вскипел. — Сейчас!Я уже давно вымылась, и последние пять минут занималась тем, что ласкала себя пальцами, опершись одной рукой о кафельную стену. Лучше было бы лечь в ванную, но этого не хотелось. Мысли о том, что я задумала сегодня сделать, заставляли сердце биться чаще, а ноги и спину зудеть от нервов, так что я не смогла бы спокойно пролежать и одной минуты. Оргазм так и не пришел, наверное, от волнения. Чувствуя себя неудовлетворенной, я еще раз ополоснулась из душа и выключила воду. Когда я одевалась, то почти машинально нащупала в кармане заветный пакетик с порошком. — Оля, — Люба обернулась на меня, когда я входила в кухню. В руках она держала две кружки. — Тебе сколько сахару класть? — Ты садись, я сама налью, — сказала я, натянуто улыбаясь. — Да мне не трудно! — Все-таки я хозяйка, должна обслужить гостью...Едва ли не силой отняв у Любы кружки, я усадила её на стул, а сама повернулась к ней спиной и начала разливать чай. — Мне покрепче и послаще, — сказала Люба. — Слушай, Оля, у меня к тебе просьба. Ты ведь одна живешь? — Конечно. — Можно тогда я у тебя сегодня ночевать останусь?Я вздрогнула. — А муж? Он тебя не потеряет? — Да поссорилась я с ним, — махнула рукой Люба. — Не очень серьезно, а так... Но сегодня хорошо бы домой не идти. Пускай локти погрызет, подумает над своим поведением. Может, даже решит, что у меня любовник есть. Так я останусь, ты не против? И завтра у тебя побуду, завтра ведь выходной, на работу нам не надо. — Да, да, конечно не против! — заторопилась я, стараясь, чтобы голос не дрожал от радостного возбуждения. — Оставайся сколько хочешь.Я села за стол и подала ей кружку. Словно желая испытать мои нервы, Люба не сразу стала пить из неё, а поставила рядом, и принялась рассказывать мне подробности ссоры с мужем. — ... И тут он говорит мне: «Не твое дело, куда я после работы хожу и с кем встречаюсь. Захочу — сам расскажу. А ты бы лучше за домом следила, да еду готовила повкуснее». Вот нахал, а? Сам за всю жизнь рубашки не выстирал, из еды умеет делать только яичницу, а мне еще указывает... Оля, ты что так смотришь?Я гипнотизировала взглядом кружку, которую Люба держала в руке. — Что? Нет, ты продолжай, я просто задумалась. Ты чай-то пей, он вкусный пока горячий.Люба наконец отхлебнула из кружки. Я боялась, что сейчас она скажет что-нибудь про странный привкус чая, и скажет, что сама нальет себе новый. Но она лишь поглядела в потолок, припоминая, на чем остановилась, и продолжила говорить.Минут через пятнадцать речь её замедлилась. Она принялась часто зевать и хлопать глазами, по нескольку раз повторяя то, что уже говорила. Потом начала откровенно клевать носом. — Ой, Оля, что-то я совсем устала, — заплетающимся языком проговорила она. — Спать охота, прямо хоть тут не ложись. — Нет, нет, тут не надо, — я вскочила с места, чувствуя, как все мое тело дрожит. В голове билась одна мысль: «Получилось, получилось!» — Я тебя в спальню отведу. Там будет удобнее... тебе.Я схватила её за руку и повела в комнату. Там уже заранее была приготовлена широкая постель. Уложив уже едва шевелящуюся подругу, я встала рядом и наблюдала, как она окончательно проваливается в глубокий сон.С Любой мы были знакомы еще с института, а потом попали на одну работу. Маленькая, худенькая, но при этом живая и веселая она привлекала внимание всех мужчин вокруг. Мое внимание она тоже привлекла. Я подружилась с ней почти сразу, и почти сразу дала себе слово, что когда-нибудь обязательно окажусь с ней в постели. И мы там будем одни. Без парней.Люба уже давно заснула, а я все не смела шевельнуться, стоя перед её изголовьем как истукан. Наконец опомнилась и
