житель, снявший на минутку обувь, подскакивал бы на каждом шагу.
Петру было приятно идти по этой тихой, тенистой лесной дороге, больше похожей на широкую тропинку, над которой деревья переплетали свои ветки, вместе с Вайле, держать ли её за руку, или обвить ли за талию, прижать к себе, поцеловать в шею и снова, подобно деревьям над их головами, переплести руки, ласково перебирая пальцы.
«У меня есть женщина! Смотрите какая она красавица! Она такая замечательная и так крепко любит меня. И я тоже её люблю, также сильно, также крепко. Как красиво должны смотреться мы со стороны, идущие взявшись за руки на встречу встающему среди деревьев солнцу.» — думал он. Но тут же набежали тучи, солнце скрылось, пошел мелкий дождь. Но даже этот нудный моросящий дождик не мог помешать его счастью, которым он просто упивался.
Вайле радовалась беспричинно и безотчётно, но в тоже время её тяготила грустная мысль об оставленном доме, пусть и ставшим ей внезапно чужим, но брошенным без присмотра, как-то не по-хозяйски. Она затуманенными взором смотрела по сторонам, её глаза вспоминали каждое дерево, каждую их веточку, что была обращена в сторону дороги и словно прощались, одновременно вспоминая прошлое. Ведь она так часто ходила по этой дороге в школу, будь то осень
