удержались и ахнули, другие наигранно усмехнулись. Через несколько секунд ловкой работы языком Питер почувствовал, что щелка Галя начала обильно увлажняться. Тогда отошел и кивнул Итону: «Валяй!». Тот подошел к девушке. Вставил ей член во влагалище, дернулся пару раз и кончил. Итон покраснел. Товарищи засмеялись, но увидели, что Питер не даже не улыбнулся, и притихли. Вслед за Итоном Галю трахнули по очереди все остальные, кроме двоих ребят, которым хватило одного раза и у них члены просто не встали. Опять же, вслед за Питером, который помнил, как учился он сам, никто не стал смеяться. В этот вечер, собственно, не происходило больше ничего интересного. Питер показывал разные позы, объяснял, демонстрировал. Упиваясь собственной значимостью и опытностью. По субботам теперь собирались только у него, и он скоро понял, что не промахнулся. Рассказав друзьям об игрушке. Традиционные забавы скоро всем надоели, и студенты начали придумывать разнообразные развлечения. Игрушку разыгрывали в карты, устраивали турниры по искусству управления куклой, придумывали все новые и новые позы, в конце концов, просто трахали во все дырки до изнеможения. Больше всего Питеру нравилось входить Гале в зад в то время, когда кто-то из его друзей трахал ее во влагалище. Это было страшно неудобно, но обоим нравилось ощущать, как их члены соприкасаются сквозь тонкую перегородку. Они входили двумя членами в одно отверстие, они трахали ее бутылками, бананами и пальцами ног. Где-то добыли Камасутру и перепробовали все позы, описанные этой чудесной книгой. Скоро Гали стало не хватать — захотелось настоящего секса с вменяемой партнершей. Сперва в ход пошли служанки, которые были только рады поразвлечься с мальчиками. Потом Питер и его друзья перешли на третий курс колледжа и им было позволено уезжать на каникулы. Чаше всего они ездили в Лондон всей компанией, где произвели полный фурор среди высокосветских девиц. Тем не менее — Галю не забывали, она по-прежнему была любимой забавой. Когда Питер окончил колледж и поехал в долгожданную обещанную отцом кругосветку, он решил отправить Галю домой. Когда он вернулся через полгода, в доме ее не было. И он никогда не спрашивал о ней у Отца.
