лицом, задевая его длинными сосками.
— Тебе нравятся сиськи моей матери? — спросил Леша у Миши.
— Да господин, очень.
— Тогда помни их руками. Сожми их так, чтобы ей было больно.
Мальчик с готовностью схватил груди Татьяны и начал с силой их мять, впиваясь в них ногтями. Леша в такт своим движениям сильно шлепал мать ладонью по заднице, а в рот ей он засунул толстый искусственный член. Член был засунут глубоко, до самого горла, так что она даже не могла глотать. Во рту у нее скапливались слюни и вытекали, капая ей на грудь и Мише на лицо. Мальчику было приказано открыть рот и глотать эти слюни, что он и сделал. Чувствуя приближение оргазма, Леша вынул свой член, скинул Татьяну с Миши и несколько раз сильно ударил его по члену. Член мальчика опал и он так и не кончил. Леша же забрызгал спермой их лица, а потом приказал им слизать ее друг с друга. Они начали покорно лизать. Слюна, перемешанная со спермой натягивалась тонкими ниточками между их лицами, губами и языками. Когда их лица стали чистыми, Леша приказал обоим встать на четвереньки и идти в ванну. Сам же он, снимая, шел сзади. По лешиному приказу они легли в ванну и обнялись. Леша заткнул сток пробкой, подергал свой мягкий член и начал ссать. И Татьяна и Миша лежали на боку, поэтому на каждого мочи попало одинаково. Ссал Леша долго, и так как пробка не давала моче вытекать, то Татьяна с Мишей лежали обнявшись в желтой луже. Татьяна с Мишей тоже хотели писать, и сказали об этом своему хозяину. Но Леша сказал, что они еще успеют. Он приказал Татьяне лечь на спину, а Мише — лизать ее влагалище. Как только мальчик начал лизать, Леша разрешил матери пописать. Сильная струя ударила Мише в лицо, но он продолжал лизать. Моча стекала по его лицу на язык и в рот, вытекала оттуда и лилась по подбородку в ванну. Несколько раз он проводил языком по самой урине, изменяя при этом направление струи, которая попадала Татьяне на живот. Когда Татьяна закончила, Леша приказал Мише встать над ней, и теперь ссать на нее. Миша должен был облить ее всю, уделяя особое внимание лицу. Мальчик ссал очень долго. Из него выливалась вся жидкость, накопившаяся за день, так как Леша не позволял ему до этого писать. Так что когда он закончил, Татьяна была облита вся, и даже волосы ее насквозь промокли. В результате того, что они втроем писали в ванну, на дне ее образовался приличный слой мочи около двух сантиметров. Видя, что член у Миши стоит, Леша приказал ему лечь на Татьяну и трахать ее, а сам он все также продолжал снимать. И мальчик и женщина представляли собой довольно жалкое зрелище. Все облитые мочой они лежали в той же моче и трахались, но это их видимо нисколько не смущало. Татьяна и Миша стонали от удовольствия. Моча плескалась от каждого движения около их тел, и брызги иногда даже вылетали из ванны. Скоро у Татьяны начался оргазм. Она громко закричала и впилась ногтями в свои груди, закатив при этом глаза и открыв рот. Миша вынул из нее свой член и, немного подрочив, кончил ей в рот. Татьяна улыбнулась сыну, потом Мише. Взяла его член в рот и немного пососала. Потом облизнулась, и они с Мишей, обессиленные, легли на дно ванны, покрытое слоем мочи. Миша, по лешиному приказу, гладил грудь Татьяны, щипал ее за соски и поглаживал промежность. Татьяна же снова надрачивала мальчику член. Леша приказал Мише лечь на дно ванны, а Татьяне встать над ним на четвереньки, так как по другому они поместиться не смогли бы. Потом взял из шкафчика клизму, набрал в нее из ванны мочи и, вставив клизму матери в анус, выдавил все содержимое, и так несколько раз. Когда Татьяна сказала, что она больше не может терпеть, он поставил ей клизму еще раз, а потом приказал ей сесть над лицом Миши, а Мише — открыть рот. Не дожидаясь приказания и не имея больше сил сдерживаться, Татьяна расслабилась и моча, с громким характерным звуком, сильной струей ударила мальчику в рот. Мише
