В гости тетя приглашала меня вместе с отцом — все-таки брат, родной, единственный и старший, но полетел я один. Это было время когда поселить 22-х летнего племянника не в гостинице, а у себя дома было в порядке вещей, тем более всего на несколько дней. Она относилась в свои 42 года к тому типу женщин, которых всегда было принято называть правильными: семья, где она без мужа хранила устои, и наверное ни одна из ехидных соседок никогда не показала пальцем ей в след, воспитала сама сына и дочь, правда они оказались слишком далеки от ее устоев и принципов, работа, где ее как бухгалтера всегда и везде выставляли в пример, поощряли, как эталон порядочности и профессионализма... и эта красивая в молодости, а сейчас еще интересная, чуть полноватая леди так и была замкнута между детьми, работой и внуком.
Поэтому моему приезду она искренне обрадовалась чисто по женски и матерински, вместе с внуком потащила показывать город, обед в красивом кафе-ресторане, совместное приготовление ужина и т. д. Дочь ожидалась к 2 ночи, сын жил отдельно, внук спал, уставший от такой беготни... на нее приятно было смотреть в полумраке заженных мною свечей: красивое лицо классических и правильных форм, выразительный взгляд карих глаз, неглубокое декольте платья, подчеркивающее и манящее своим пуританством к груди наверное ворого размера, подол платья лишь приоткрывающий чуть полноватые колени и бедра.
Представляете, что чуствует парень оказавшись вдвоем с такою женщиной, пусть даже cобственной тетей. Зная из рассказов детей, что у нее никого сейчас нет, хотя мужчины липнут как мухи. А она с женатыми ни, ни, ни. Такого не мог понять ни ее сын, и если честно ни я.
И зная все это я вдруг понял, что хочу ее, хочу как безумный, и не могу сдержать мачо, который уже вовсю разрывает изнутри на мне брюки, особенно когда от общих разговоров мы постепенно перешли к темам интимным: какой ты уже взрослый, весь в деда, был такой же кареглазый статный брюнет... девушка наверное есть? три?? и после паузы: точно в деда... полгорода... твой папаша второю половину... знаешь, что пришлось пережить бабушке, когда некоторые мужья собирали кампанию и приходили поговорить по душам? успеваешь со всеми? две из них замужем? они старше? и что тебя в них привлекает? конечно честно... тебе хорошо с ними? и она в тридцать лет и в парке, и в подъезде, и в лифте, и в гостинице? ты считаешь что к 30-ти годам любая станет самкой? кончает от язычка? ты хочешь меня в краску вогнать? потому что воспитывала детей потому, что время другое.
Я сам возбудился до чертиков глядя как она краснеет, немного дрожит и так глубоко и учащенно дышит и старается на меня не смотреть. И как сейчас посмотрела, что дрожь теперь началась у меня. Я подсел рядом и глядя в глаза выдаю: вы ведь очень красивы... когда видешь такие глаза, хочется в них утонуть. И нежно, нежно провожу рукою по ее волосам, и за затылок, чуствуя ее неподдатливость, на себя, и через силу, губы в губы, такие изумительно полные и красивые, и слыша ее робкое нет, не надо, что же ты делаешь, разве можно такое, ее на себя крепко креко, шепча на ушко о том как прекрасна и как я хочу... и как тело ее становилось поддатливей, а губы ответили на поцелуй, да так как меня никто до этого не целовал... и все ее дрожащее и красивое тело к себе... и целую целую целую-губы, шея, плечико, ушко... и змейку на платье вниз до конца, обнажив старомодный, но такой сексапильный на ней белый лифчик... и сняв его к черту — руку на грудь и сжал, что есть силы, почуствовав как вздрогнула и застонала.
Она приподнялась быстро с дивана и скинула через голову платье, затем трусики, обнажив черный густой треугольник волос... и легким толчком ее на диван, разведя коленкой в сторону ее ноги... и прошептав глядя в глаза: как ты прекрасна... и опустившись быстро у нее между ног — в рот раскрасневшие половые губки, почуствовав ее запах и вкус, липкие
