любви на одном колене и приставал к прохожему с просьбой купить слона. Даша громко хохотала и каждый раз награждала его поцелуем. В четвертый раз ему повезло, он выиграл. — Ну, что? — Даша улыбалась, ожидая невинного желания.. — Я хочу чтобы ты сегодня стала моей, чтобы была со мной! — взяв её за плечи и глядя прямо в глаза проговорил Миша. Она испуганно взмахнула ресницами и замерла в его руках. Потом опустила глаза и долго молчала. Он не торопил её, не убирая рук с плеч и тихонько целуя в голову. — Понимаешь, — слова ей давались с трудом, — я никогда не была с мужчиной. — Но ты же меня любишь? — Миша поднял её голову за подбородок и заглянул в глаза, — не бойся, Дашенька, я буду очень осторожен. Ведь когда-то все равно это случится. А я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Ты только слушай меня и делай, как я буду говорить. Договорились? Она, сглотнув ком в горле, утвердительно кивнула головой. Он глубоко облегченно вздохнул, взял её за руку и увел за собой в спальню, посадил на широченную кровать и стал покрывать её зардевшееся лицо мелкими поцелуями, переходя на шею, снимая бретельки платья и продолжая целовать плечи. Она часто задышала и закусила губу. Миша обнял её и расстегнул замок на платье, затем одним движением словно смахнул его с неё. Она слегка съёжилась, но не издала ни звука. У Мишки же сносило голову. Он видел, как высоко взволнованно вздымается её грудь, как через тонкое невесомое белье просвечивают стоящие сосочки. Он осторожно подставил ладонь под грудку и чуть сжал. Даша закусила губу, но не двинулась с места. Тогда он решительно расстегнул бюстгалтер и отбросил в сторону. Её небольшая грудь тут же легла на его ладонь, коснувшись нежной кожей. Он наклонился и поцеловал сосок, а затем взял его губами и медленно втянул, прикусив слегка зубами. Она вздрогнула и тихонько словно всхлипнула, он, не останавливаясь, продолжил со вторым соском. То, играя с ним пальцами, то, целуя, то посасывая, то прикусывая, Миша всё больше возбуждал её, чувствуя как она невольно двигает телом, как с губ слетают легкие полустоны — полувсхлипы. Соски под его губами стали твердыми, круглыми... Он осторожно уложил её на спину и продолжил исследовать её тело губами, продолжая ласкать грудь рукой.Другой рукой осторожно проник в трусики и тут же под пальцами ощутил очень мокрые губки, и чуть раздвинув их, провел по жемчужинке кончиком пальца. Даша задрожала и сжала ноги. Он запустил пальцы под резиночку промокших трусиков и с небольшим трудом снял их. Чуть откинувшись назад, оглядел её девичье возбужденное тело, лицо с закрытыми глазами и открытый ротик. Она дышала возбужденно, часто, дрожа телом. Он прикрыл глаза, чуть помедлил, его мозг отказывался слушаться, желание взрывало все внутри. Но он сдерживался, как мог, пытаясь хоть иногда переключать себя на что-то. Нежными поцелуями он покрыл животик, проник языком в пупок, поиграл там, и осторожно двинулся, оставляя мокрую дорожку, ниже... Едва он коснулся языком лобка, как девушка вздрогнула, дернулась всем телом, и попыталась оттолкнуть руками его голову. Он нежно, но решительно снял её руки с головы и прижал к постели. — Прошу тебя, — шепотом сказал он, — доверься мне... убери руки. Очень прошу! Она раскинула руки в стороны и молчала. Миша стал гладить руками её бедра, сначала снаружи, а потом чуть раздвинув ноги с внутренней стороны. Почувствовав, что она расслабилась, он раздвинул ножки, и лег между ними так, чтобы она не могла их сдвинуть. И всей поверхностью горячего языка провел по губкам, задержавшись кончиком на клиторе. Даша выгнулась и застонала, тогда взяв её за бедра и удерживая, он стал ласкать её раскрывшийся девичий цветок. Язык словно танцевал на её умопомрачительной нежной киске, то лаская губки, то проникая внутрь сладкого цветка словно хоботок пчелы за нектаром, то слегка касался
