1
Отделом, в котором я работаю, руководит Ирина Сергеевна. Чудесная тоненькая женщина 35-ти лет, симпатичная, с хорошей фигурой... Вообще, у нее масса достоинств!
«Ирочка»... — зовут ее друзья. «Ирка-дырка» — зову ее я. Дело в том, что к достоинствам Ирины Сергеевны относится то, что по своей глубинной сущности, характеру, складу ума, она — мазохистка. Как это говорят, «боттом». Ей нужно подчинение, унижение, физическая боль и без этого пряного коктейля она не в состоянии испытать наслаждение от секса. А секса ей, бесстыжей бляди, хочется! Этого не понимает ее глупый муж, который раз в две недели (по рабоче-крестьянски!) поебывает ее на супружеском ложе. Так что все, чего ей не хватает в сексе, он получает от меня!
Не спрашивайте меня, сколько усилий я потратил на то, чтобы «открыть ей глаза». Мне понадобился год, ровно год, на то, чтобы она поняла свое предназначение. Зато теперь я — полный и безграничный хозяин ее души и тела! И если год назад она обожгла меня ледяным взглядом, когда на вечеринке я попытался поухаживать за ней, (кстати, за этот взгляд ей впоследствии пришлось многое испытать!), то через полгода ее трясло от возбуждения, когда я по-хозяйски запускал ей руку под юбку, а сейчас она течет как сучка, если я разрешаю ей вылизать мои ботинки...
Правда, разрешаю я это нечасто, «Киви» все же больше приспособлен для чистки обуви, чем женский язычок...
Мы с ней не ходим на обед. Когда контора пустеет и коллеги отправляются в кафе, Ирка входит в мой кабинет, запирает дверь и наши отношения «входят в новую стадию». Забавно наблюдать этот резкий переход... только что это была строгая, даже чуть самоуверенная бизнес-леди, но стоит замку в двери щелкнуть, как она превращается в
рабыню, дрожащую от страха, И больше всего она боится вызвать неудовольствие своего хозяина! Она становится на четвереньки и ползет к моему креслу, по-блядски виляя задом и поскуливая. Добравшись до моих ног, она утыкается в них лицом и так замирает. Я знаю, что сердце ее бешено колотится, кажется я слышу этот стук в тиши кабинета... А
еще я знаю, что Иркина пизда уже стала влажной, более того — мокрой, и прозрачная смазка течет ей по бедрам...
Я не спешу, мне некуда торопиться. Выжидаю пять минут, потом за волосы поднимаю ее и даю пощечину.
— Ах!, — она не смеет кричать, не смеет закрываться и только шумно дышит, глядя на меня преданными собачьими глазами. Все так же держа за волосы, тычу ее голову себе между ног. Торопливыми дрожащими пальчиками она расстегивает мне брюки и с
хлюпаньем заглатывает толстый хуй. Я закрываю глаза и отдаюсь умелым ласкам ее языка и губок. Только если эта сука рассчитывает, что я сейчас спущу ей в рот, то она ошибается. Я поберегу сперму до вечера, тем более, что сегодня пятница.
— Вечером я тебя жду, шлюха, приходи как обычно... и дочурку не забудь...
Ирка вздрагивает, но продолжает работать ротиком.
Да, к еще одному достоинству Ирины Сергеевны следует отнести то, что она — мама очаровательной восьмилетней Настеньки, которая уже три месяца участвует в наших встречах.
Не беспокойтесь, Настенька — целочка. Физически она остается такой же девственницей, какой вышла из пизды этой твари восемь лет назад. Так что будущий Настин муж может не беспокоиться...
2
Мать и дочь пришли ровно в семь. Пока я помогаю дочурке снять пальто и целую ее сладкий детский ротик, ее мама привычно-быстро раздевается догола, становится на четвереньки и ползет в комнату. На секунду оторвавшись от губ девочки, я еще успеваю сильно пнуть Ирку прямо по заднице, так что в комнату она просто «влетает». Настя на все это смотрит с любопытством.
В комнате Ирка становится на колени, держа руки за спиной и выставив вперед груди с напряженными торчащими сосками. Настя тоже раздевается, оставаясь только в умилительных белых носочках. Она садится в кресло, раздвигает
