к туалету, как вдруг из ванной комнаты, находившейся рядом, вытирая голову махровым полотенцем, в распахнутом халатике вышла Марина. От неожиданности она вскрикнула, уронила полотенце и закуталась в халат. Мне тоже стало неловко, отчего я аж остолбенел. Взгляд Марины упал на мой обессилевший член и на лице ее высветилась обида.
— Тебе что, совсем меня не хочется? — сказала она и вдруг скинула халат. Ее чистое только что вымытое тело было шикарно: маленькие твердые груди, узкая талия, большущая попка, длинные стройные ноги.
— Ах ты импотент! Тебя надо наказать, — заявила вдруг Маринка. — Ты должен целовать мне ножки, да как следует! Становись на колени!
Я почему-то послушно опустился, дотянулся губами до ее стопы и чмокнул ее.
— Без души целуешь, — обиделась Марина, — давай-ка взасос!
Я снова повиновался, припал широко открытым ртом к ее коже и, немного втянув в себя, чуть поласкал языком. Кожа Марины была гладкая и загорелая. Маринка еле слышно застонала, и рука ее непроизвольно опустилась на лобок.
— Вот уже лучше. Теперь пальчики пососи, — и она чуть приподняла ножку. Я охотно выполнил ее просьбу: пососал ее большой пальчик, а затем взял в рот всю ее ножку. Тут я принялся делать те же движения, что и Верка, когда удовлетворяла меня ртом. Маринка закатила глазки и принялась тихонько ласкать себя. Было видно, что между ног у нее уже стало влажно.
— Милый, да, еще вот так, — тихо стонала она, — ласкай меня.
Прямо перед моим лицом ее длинный средний палец полностью ушел в скользкую половую щель.
— Я сейчас кончу, — выдохнула Маринка, — пожалуста, полижи мне пяточки, я так этого хочу...
С этими словами она, не переставая ласкать себя, легла на спину и задрала ножки. Прямо передо мной на полу лежала обнаженная девушка, только что вышедшая из-под душа, с мокрыми раскинувшимися по подстеленному халатику волосами, и бесстыдно ласкала себя, подставив мне для пущей собственной услады розовые пятки. Что ж, я принялся лизать их страстно, описывая на ее стопах немыслимые зигзаги, поскольку уже и мне хотелось, чтобы она кончила послаще.
Наконец, Мариночка изогнулась, шумно вдохнула, и все ее прекрасное тело обмякло. Согнутые в коленях ножки упали на пол и сами раздвинулись в стороны. Ее щелка, обрамленная светлыми кучеряшками волос приоткрылась, приглашая меня ощутить вкус ее сока. Я наклонился, засунул ей ладони под попку и окунул язык в тягучую слизь. По телу Марины пробежал какой-то импульс, и я понял, что она хочет еще. Тогда я стал лизать ей писечку, заставляя хозяйку сочащейся щелки извиваться и стонать, будто бы пару минут назад ничего не было.
Вскоре она уже уселась на мое лицо и помагала моему уставшему языку пальчиками, натирая клитор. Одновременно с этим Маринка качала бедрами, и ее скользкий мокрый лобок терся о мое лицо: от носа до подбородка. На вкус Марина оказалась соленой и чуть кисловатой, теперь она текла еще обильнее, чем когда дрочила сама. Да и кричала она уже в полный голос, также как Верка, о которой я вспомнил только в этот момент.
Наконец, заскакав на моем языке как бешенная и взвизгнув «мамочка!», Мариночка несколько раз подряд излилась мне в рот, давая возможность в полной мере насладиться ее чудесным освежающим вкусом. После этого Маринка упала мне на живот и замерла без движения, часто дыша и постанывая.
Тут мне в голову пришла интересная мысль: сам то кончил только один раз. И это при том, что я нахожусь в квартире с двумя прелестными обнаженными женщинами. Тогда я обратился к Маринке:
— Ну что, тебе понравилось?
— Да... — протянула она слабым голосом.
— Тогда ты должна помочь мне тоже! Идем в комнату и вы с Веркой обслужите меня как следует.
Я встал, помог подняться Маринке и заметил, что мой пенис налился сил и готов к новым удовольствиям. Когда мы
