— Боюсь, что вы ошибаетесь, мистер Томмини. — Я? Вы сами подали мне эту мысль. Вы девушка, которая как и мужчи — на, может все видеть и слышать в этом подлунном мире. Вот увидите, я смогу убедить вас в справедливости этих слов. Улыбнувшись, она ответила ему, как бы про себя, — я сейчас думаю о своей подруге: она девственница. — Если ей больше пятнадцати лет, то она уже не девушка. — Нет, это так, а ей уже около двадцати. Курт Томмини остановился, — Это правда? Столько лет, и все еще девушка? — Клянусь своим сердцем! — Сказала Лили. — Если это правда, то она, наверное, толстушка, или у нее какой-нибудь дефект.
— Нет, она очень изящная, стройная, милая. Всякий мужчина был бы не прочь переспать с ней, но она просто не признает секс. Он покачал головой, и они отправились дальше. — Пожалуй, это редкость для нашего двадцатого века, — сказал он. В конце, за клумбой находился бассейн для плавания. Когда они направились к нему, он обнял ее за плечи. — Не надо, пожалуй... Мне это ужасно наскучило. Он притянул ее к себе еще плотнее, — Разве вы не хотите помочь моему верному глазу? Должен сказать, что я уже сварился в своих штанах, по — ка мы беседовали. Она пыталась освободиться от его объятии, однако, делала это в полсилы. — Все-таки я вижу, что истинную правду вы не хотели мне сказать. Ведь мы сейчас одни. — Глупышка, ты еще не знаешь, что может нравиться в женщине. Она чувствовала его дыхание на своей шее. — Вы не представляете, что чувствует мужчина, когда он хочет сделать женщину счастливой. Его член полон эрекции и сок сочится с конца. Это величайшее чувство удовлетворенности! — Но, есть же в клубе девушки... — Не эти, — продолжал он, распаляясь, — любая из них, стоит только заняться ими, тут же ложится, задирая подол и раздвигая ножки. Таких у нас на студии дюжина, и у меня работает столько же. И все они хо — тят от меня чего-то большего: больше денег, главной роли, наконец, что бы я женился, огромных алиментов. Все эти девки прокладывают себе до — рогу передом, попросту своей... Вот почему я не желаю иметь с ними дел. Для меня достаточно этого. — Но, почему вы убеждены, что я не из их числа? — Я в этом уверен, вы не умеете играть, как они, и это позволяет мне надеяться, что вы отличаетесь от них. Вы разговариваете иначе, и я ина — че отношусь к вам. Мне очень необходимо, чтобы вы мне отдали себя. Я так хочу этого.
Он прижался к ней бедрами, и она почувствовала его напрягшийся, член, упирающийся ей между ног. — Я побеждена, — Сказала она и придала своему голосу самое томное и нежное выражение, на какое она была только способна, — но, вы будете разочарованы, проведя со мной одну ночь. — Я очень мягкий человек. Пожалуй, в этом самый большой мои недос — таток. Лишь один путь для меня достичь полного удовлетворения... — Он замолчал, — а, стоит ли об этом говорить? Вы не обращайте на меня вни — мания, я сегодня говорю слишком много.
Несколько мгновении они стояли молча, обнимаясь. Его напрягшийся член шевельнулся, и она почувствовала, что сама невольно подается ему навстречу. — Хорошо, вот сейчас... Я очень хочу тебя! Мне очень это нужно вот сейчас. Возможно, мне это нужно более, чем среднему мужчине. С тех пор, как я понял, что не ощутил ни разу полного удовлетворения от женщины, я пришел к мысли, создать секту. Все ее члены такого же сорта, как и я. Мы занимаемся сексом ради секса. До сих пор никто не знает подлинных имен членов этой секты. Можете себе представить, как образцово поставлено там дело. И все-таки, пока я не увидел вас на этом вечере, ничто другое меня не соблазняло. Я очень хотел бы с вами встретится там. — Вы думаете, мне это понравится? — Вы слышали о Блэк Нэт? В свое время об этом много говорили газеты, на — ша секта наподобие той. Для всех ее членов секс-это бог. Поэтому пере — ход к культу секса вполне естественен. У нас
