делало его безумным от страсти. Мать снова была полностью беззащитна против его нападения.
Подтягиваясь, он медленно начал двигать своим членом. Согнув локти, он парил над ней, раскачивая свои бедра вперед и назад, сношая ее длинными, глубокими ударами. Брент загонял свой огненный молот, полностью до рукоятки, с каждым мощным толчком в ее нежные и влажные глубины.
Туда — сюда, вверх — вниз, он вспахивал ее плодородный сад своим плугом. чувствуя все нарастающее напряжение в глубине своих раскачивающихся яиц, когда они мягко шлепали мягкие теплые ягодицы матери.
Кровать качалась и скрипела под напором его тела. Это было грубо, это было дико и это было уже превыше его понимания. Он совокуплялся со своей матерью уже во второй раз, и вместе с тем в глубине его души уже рождалось чувство вины.
Но это еще не могло остановить его распаленной похоти, и он вновь и вновь погужал свой член в пылающие глубины.
Его возбуждение все возрастало он уже чувсвовал в своих яйцах зарождающуюся щекотку оргазма. Задыхась и торопясь, он трахал мать все сильнее и сильнее, атакуя ее бессильное и беспомощное тело. Он поднимался все выше и выше к вершине своего торжества и ликования...
— FUUUKKKKKKKKKKKKKKKKKK — !, застонал он, его бедра качнулись вперед направляя его извергающийся орган глубоко в материнское лоно.
Еще раз, ее священный храм был заполнен его толстой плотью, а его член дергался и изрыгал липкую густую струю спермы в ее глубины... Время от времени он еще содрогался выплевывая все новую порцию своего смертельного груза. Вскоре материнское влагалище было до краев заполненно его безумным семенем. Даже тогда его член продолжил молотить в глубине ее чрева.
Наконец, его молот содрогнулся в последнй раз и обессиленно замер в глубине материнского лона.
Вскоре он почувсвовал, что член начал сьеживаться и сжиматься, выскальзывая из заполненного канала ее женственности. Он наполнил ее восхитительное Лоно во второй раз.
Со стыдом, он медленно вытащил свой член из нее и откатился далеко от ее тела
— Какой монстр смог бы овладеть своей усыпленной матерью? — спрашивал он сам себя. Внезапно, со всей своей холодной ясностью он осознал какой страшный грех, какое страшное зло он совершил.
Он осквернил свое собственное место рождения. Он посеял свои собственные
Ядовитые семена в запретном саде. Он съел
Запрещенный плод и был теперь заполнен стыдом и отвращением.
Слезы хлынули у него из глаз и он зарыдал от боли и стыда. Так плача он незаметно заснул возле своей матери.
Когда он медленно открыл свои глаза, он увидел что его kомната была заполнена мягким, туманным светом. Должно быть туман все еще висит подумал он сонно. Протянув свою руку он вдруг прикоснулся к чему — то мягкому и теплому. Что за... ?!! Затем он вспомнил.
О, Бог!. Он действительно сделал это. Он трахнул свою мать Нет, он изнасиловал ее. Это было тот же самое, что Насилие. Она была бессильна остановить его. Теперь он должен заплатить за свое отвратительное преступление. Медленно, он повернул к ней свою голову.
Ее радужные синие глаза смотрели на него с непередаваемым ужасом.
— Что ты сделал? — прошептала мама, ее голос задрожал, а ее прекрасное лицо исказилось в муке...
