расположившись на диване, с неверотным усердием. Я вернулся к размышлениям, отвлечённый довольно интересным моментом, но ничего не приходило в голову. Сказать правду — облажаться в третий раз, сказать что «кончил как надо» — язык не поворачивается перед подружкой, хотя она тоже хороша, но не такая «активная», и я не знаю её как человека.
— Анна, что вы пили? — спросил я ещё раз, делая безразличный взгляд.
Они обе рассторились, явно ожидая другого. Да, в следующий раз надо быть аккуратнее.
— Какая разница, я же никогда не спрашиваю, что ты пьёшь, — с каким-то любопытством она меня проверяла на что-то. Вот только на что? Ничего не понимаю.
Тут я, предвкушая победу, ответил следующее...
— Извини, сестрёнка, — я сделал ударение на второе слово и осановился на секунду, как бы перехватывая её следующий ход продолжил. — Может я и прихожу домой в нетрезвом состоянии иногда, но моё поведение не выходит за кое-какие рамки приличия.
Чем-то я её одолел, но не так просто победить, поэтому нельзя медлить ни секуны...
— И вообще, валите из моей комнаты! — прозвучало это довольно резко и одновременно наивно.
— Правильно, пойдём отсюда, от этого извращенца! — неохотно сказала подружка, всё изучая меня и пытаясь передать что-то своим взглядом.
На самом деле, этот взгляд хотел сказать совсем другое, как понял я потом, не придавая особого значения всему событию.
— Смотри не обкончайся, — сестра окончательно испорита настроение, взяла её за ручку, — пойдём ко мне в комнату, Эля. — и они убежали, хихикая как только умели.
Ничего я не стал отвечать, только любовался Элькой. Да что пьяному? Мне самому море поколено, когда выпью. За то я узнал как зовут подружку, которая представляла гораздо больший интерес. Когда она встала, Эля понравилась мне ещё больше. Она была действительно красивой, стройной, сексуальной. Эти белые брючки мягко подчёркивали её кругленькую, довольно пышную прелесть, делая каждый шаг неповторимым и изящным. Но это не главная деталь. Её животик, интересный пупочек, вся эта часть тела в сочетании с брючками — идеальна. Тысячу раз я видел такое зрелище, но почему-то Эля одета так, что хочется раздеть как можно быстрее. Я не мог оторвать взгляд. Захватывает дыхание и путаются мысли...
«Да что ты крутишь? Признайся себе, что хочешь трахнуть её как следует. То же самое было с Ленкой из соседнего подъезда и с Маринкой прошлым летом, не так ли? Подрочи хорошенько, всё желание как ветром сдует! Дрочить можно всю жизнь, а вот с такой красоткой... И откуда сестра вообще откопала её?» — всё это пронеслось в моих мыслях.
Действительно, Эля мне очень понравилась, чем больше я смотрел на неё, тем больше хотел потрогать её, прижаться, обнять, поцеловать эти губки. Как мне показалось, она тоже проявила достаточный интерес ко мне, по крайней мере к тому, к чему Элька проявила интерес меня устраивало... Она улыбнулась на прощанье, построила глазки, а хихикала только потому что хихикала сестра. Проводив взглядом эту сладкую парочку из своей комнаты, я даже и думать не мог о том, что парочка, оказывается, поистине сладкая...
Погружённый в мысли о Эльке я рухнул на диван, который никогда не собирал в силу своих убеждений, а правильнее сказать — лени, и лежал, глядя в потолок, слушая всё также тихую мелодию Винампа, размышляя, составляя план, но ничего в голову не приходило. А вот что с сетрой стало? Толи потому что родители уехали, толи водка, или что там они пили, крепкая попалась... Такая, можно сказать образцово-показательная девчонка, и так ведёт себя! Можно, конечно же, рассказать родителям, они всё быстренько исправят, но что же всё-таки? Моей сестре 16 лет, она младше меня на год, брюнетка, ростом как я — метр семдесят, тихая, застенчивая, очень хорошо воспитанная девчонка, отличница и любимица учителей, а
