застегнутой курткой, и еще я мог видеть щель между ее ягодицами сквозь расстегнутую на попке застежку брюк. И этот сладкий маленький воротничок, влажный от сока, двигающийся по плечам в том же ритме, что ее рот: Я хотел закрыть глаза, но зрелище было слишком драгоценным, чтобы я мог упустить хоть мгновение его. Мне хотелось выжечь в своем мозгу каждый кадр, каждую каплю пота и каждую складку, сгибающуюся и расправляющуюся на кожаном рукаве куртки. И звук ее влажного рта, и эту слюну, стекающую на подбородок, шею и дальше, под куртку.
Ты хочешь закончить?
Я застонал. Она работала, как насос, одновременно поглаживая и сжимая мои яички, подводя меня к моей точке, откуда нет возврата. Когда я наконец закончил, она твердо держала мой член, так что сперма выстрелила прямо на ее воротник, потом выжала все до последней капли на его влажную черную кожу. Я буквально трясся, и когда она наконец поднялась, я с изумлением уставился на молочно-белые комки жидкости, лежащие на воротнике. Некоторые из них уже скатились вниз на куртку, образовав гипнотизирующие липке маленькие дорожки.
«Это прекрасно», прошептал я. «Я видел этот момент с тех пор, как я нашел эту куртку, но ничто не может сравниться с тем, каково это в действительности».
Она усмехнулась и, опустив глаза, посмотрела на блестящую жидкость. «Я хочу, чтобы немного позже это было очищено. Ты берешься за эту работу?» Я хотел засмеяться. Ты шутишь?"Да, еще бы». Она засмеялась, и, зачерпнув пальцем один из липких комочков, протянула его мне. Если это была проверка, ответ на вопрос напрашивался сам собой. Я жадно дочиста вылизал ее палец, сохранив на своем языке этот солоноватый вкус, похожий на вкус теста для пиццы. «Мы собираемся на прогулку?»
«Да, я подумала, что этим вечером неплохо было бы прогуляться по улице. А после того, как мы вернемся, у тебя в коллекции есть ведь и другие куртки, правда?»
Я кивнул, улыбнувшись, глядя на потного, затянутого в кожу с ног до головы ангела передо мной. «Но эта теперь твоя. Береги ее».
Она чуть вздрогнула, чувствуя, как кожа ласкает ее тело. «Хорошо. Что я тебе должна за нее?»
Я покачал головой. Я всегда хотела найти куртку, которую я буду одевать, когда трахаюсь, настолько облегающую, чтобы она запечатала в себе каждый оргазм, который я испытаю, и сохранила его внутри: Я хотела, чтобы у нее была прямая молния, проходящую спереди ровно между моими грудями, прочерчивающую линию, соединяющую мою промежность и мой рот. И еще я хочу, чтобы она двигалась вместе с моей грудью, когда я иду, так, чтобы я видела, что глаза людей реагируют, когда их взгляд падает на меня: Смотреть, как они отводят взгляд, как они смущаются, представляя себе мои соски, прыгающие под курткой вверх-вниз и трущиеся о подкладку. И еще я хочу, чтобы мои любовники сосали эти застежки, ласкали их своими ртами. Чувствовали металл своими языками, скрип своих зубов по нему. И потом: идти по улице после заката с каплями спермы, блестящими на воротнике, яркими жидкими жемчужинами, постепенно тонущими в черноте кожи твоей куртки, становящимися ее частью.
«Ты ничего мне не должна», сказал я тихо. «Ты сохранишь эту куртку, дашь ей тот ритм, для которого она создана. Она была твоей с самого начала, я был лишь курьером, который принес ее тебе».
Она вновь улыбнулась. «Потом, после того, как все будет сделано и сказано: Ты ведь уедешь, правда?»
Я медленно усмехнулся — с оттенком грусти на этот раз. «Есть и другие куртки, ищущие женщин, которые вновь вернут им жизнь. Такая уж у меня работа, я же Коллекционер. Но, быть может, если ты решишь, что тебе нужно что-нибудь еще:»
Ее глаза сверкнули. «Ну: Я подумывала о кожаном комбинезоне, облегающем, с молнией от шеи до попки. Как ты думаешь, может найдешь мне такой?»
Я медленно усмехнулся, нежно поцеловал ее, погладив кончиками пальцев край ее подбородка. «Рано или поздно: Я найду его для
