чулкам, промежности, на диван. Его толчки, удары сопровождались извержением горячей спермы куда-то мне выше горла, в мозг. Я чувствовала силу его фонтанов на стенках влагалища, и от этого с каждым разом из меня также беспощадно текло. Мои ногти вонзились в спину сына и царапали его кожу, хотелось сделать ему больно за все мое восхищение. Я кричала в голос. В меня, в меня, в меня. Наступила неожиданная тишина. Сын замер поднявшись на локтях, и неожиданно вогнал свой член со всей силы. Волна оргазма накрыла меня с головой, и я даже не боролась, что бы выбраться. Всеми клеточками тела я прижалась к нему, скрестила ноги на спине, и притянула сильно, сильно. В такой удобной позе мы лежали до тех пор, пока напряжение его члена спало, и с тихим хлюпаньем он вышел из меня.
Мне было так хорошо, что все стало безразлично, налетчики, стыд перед сыном и будущее объяснение с мужем, моя нагота и лужа подо мной. Все перестало существовать. Как мне было хорошо, рассказать невозможно, это нужно чувствовать.
Но все хорошее заканчивается и наконец до меня стало доходить, что лишние две пары глаз буравят меня как рентген, толи эти чудаки были удивлены толи еще что-то, но стояли они в каком-то оцепенении и если бы не маски, то наверняка я бы увидела их вытянутые лица. Фенита ля комедия, концерт закончен мальчики. Помогая себе рукой, я с усилием встала с дивана и с поддержкой своего любимого сына поплелась в ванну.
Наконец-то я одна. Холод от ванны, на которой я сижу, стал приводить меня в норму, и сильно захотелось горячего душа. Занося ногу над ванной, я вдруг вспомнила о том, что полотенца отправлены в стирку, и вытереться нечем. Как мне не хотелось возвращаться в спальню. Дрожь в коленях, внутри пожар, вся в поту и мокрая, течет как из ведра. Позвать сына, пусть поухаживает за мамочкой, тем более я ему доставила не малое наслаждение.
Тихонько приоткрыв дверь, я выглянула из душа, комната была явно пустой, и что бы ни привлекать внимания, я осторожно направилась на подкашивающихся ногах в свою спальню.
Голоса раздавались из прихожей, наверно сын выпроваживает напрошенных гостей. Злиться или радоваться из-за этого происшествия, я еще не определила, но ребята оказались на редкость обходительными. Конечно, они могли меня насиловать, конечно, могли забрать все деньги и ценности, избить, в конечном счете. Дали слово и держат, странные какие-то. Голова еще не соображала, тем более сейчас главным было взять полотенце и принять душ. Моя интуиция говорила, что налетчики уйдут, и я забуду их как кошмарный сон. Но услышать тихий смех в прихожей я никак не ожидала, даже после всех неожиданностей. Смех был самым неправильным из всего произошедшего. Приблизившись к двери прихожей, я сосредоточила все свое рассеянное внимание на разговоре. Говорил как ни странно мой сын.
— «Ты что спятил? Хватит и двухсот, как договаривались», — видимо налетчики потребовали денег с сына, но говорил он явно не боясь этих людей.
Я услышала баритон Большого... «Сашок не жмись», — Саша был мой сын, и я подумала, что они уже познакомились. Бред какой-то.
— «Нет у меня больше, отложил после труд лагеря пару стольников, и вообще кончайте», — в голосе Саши послышалось напряжение.
— «Мы тебе обеспечили такой кайф, а ты... Ладно шутим мы шутим...», — послышался смешок.
— «Скажите спасибо, что я с вас за просмотр такого классного секса не беру», — отшутился сын.
— «И действительно», — голос Щуплого звучал то же весело... «Если бы сразу предложил, то я бы сотку за такое шоу отдал бы точно. Ты мужик просто гигант, да и твоя мамаша супер. Я еле сдержался, от желания потрогать ее».
— «Я бы тебе тронул», — ответил сын и опять все тихо рассмеялись.
— «Ну покедова, помощь будет нужна звони».
Входная дверь заскрипела и захлопнулась.
День обалдеваний.
Я стояла, не имея возможности сдвинуться
