увольнение с позором, либо служба в гарнизоне в особенно опасной и нездоровой колонии. Как я уже сказала, если бы я знала, что ме-ня ждет, я бы совершила самоубийство. И, конечно, я не знала, что навеки потеряю своего возлюбленного.
Когда перед отъездом у нас было особенно нежное сви-дание, Питер сказал мне: «Я поеду за тобой. Но сначала мне надо привести в порядок дела в Голландии». Три ме-сяца спустя его не стало: он упал с лошади и разбился на-смерть.
С его смертью я потеряла все, что давало мне силы тер-петь брак с Маклеодом. Питер был самым идеальным лю-бовником для любой женщины, и именно он подсказал мне идею стать танцовщицей.
Вначале он попросил меня пройтись по комнате либо голой, либо — а это его особенно возбуждало — в за-дранной к талии юбке. Я была рада исполнить его жела-ние.
— Твои ноги танцовщицы преследуют меня день и ночь, часто говорил он мне и не успокоился, пока, на-конец, не получил у меня разрешение запечатлеть их на картине. Для этой цели он пригласил в наш город извест-ного парижского художника-с большими расходами для себя... «Мне нужен этот портрет, — однажды сказал он. — Я всегда хочу видеть твои ножки перед собой». Ему сде-лали много изображений моих ног, одно из них в нату-ральную величину. В верхней части картины были изо-бражены моя нижняя юбка и шелковая рубашка, которые я приподняла руками; тонкие кружева трусов выглядыва-ли из-под моей юбки. Художник изобразил мои ноги в красивых черных чулках с вышивкой, которые плотно облегали икры и тонкие лодыжки. Поза, которую я при-няла перед художником, очень меня смущала. В конце концов, он был мне совершенно чужой. Поза была до-вольно соблазнительной: я стояла, как настоящая танцов-щица, собирающаяся высоко подбросить ногу в канкане. Питеру никогда не надоедало любоваться этой картиной. Иногда я просто ревновала своего возлюбленного к ней ипыталась отвлечь его внимание от нарисованной Маргареты. Я становилась перед ней, поднимала юбку, потом-Потом случалось то, чего я хотела... Живая плоть побеж-дала.
Какие счастливые это были дни!
Мой любимый Питер позаботился также и о том, чтобы я тайно посещала уроки танцев. И поскольку у него был тонкий художественный вкус, он сам рисовал мне костю-мы, чтобы они точно соответствовали моей экзотической внешности. «Ты типичная баядерка, говорил он мне. — Я закажу церемониальное платье на Яве, настоящее свя-щенное ритуальное платье с драгоценными камнями». Так он меня любил.
Питер всегда называл меня Яли, своей маленькой ин-дийской девочкой, и давал мне книги, открывавшие сек-реты этой чудесной, таинственной страны. Питер вернул меня к жизни. Я была поистине его созданием, и он пред-видел все, что делала я после его смерти.
Примечание к главам 4, 5 и 6 Мата Хари не упоминает, что в январе 1897 г. у нее родился сын Норман Йон. Во время службы мужа в Ист-Индии у нее родилась дочь.
Там ее малолетний сын умер при таинственных обстоя-тельствах — предполагается, что он был отравлен тузем-ной служанкой, которая таким образом отомстила хозяе-вам за какую-то обиду.
Жизнь молодой женщины в экзотической стране по-прежнему была тяжелой, много ей пришлось перетерпеть от садиста-мужа, который к тому же завел себе любовницу.
Тем не менее после возвращения в Голландию они про-должали супружескую жизнь. Но однажды Маклеод ис-чез, забрав с собой дочь. Убитая горем мать долго ее ис-кала. По решению суда дочь была передана под опеку ма-тери, а муж должен был платить ей алименты. В 1906 году они были официально разведены. От бывшего мужа ей так и не удалось добиться выплаты алиментов. Молодой женщине пришлось испытать немало лишений, пока Па-риж не заговорил о новой звезде — исполнительнице вос-точных танцев Мата Хари.
