Как сейчас помню этот жаркий вечер, когда я не поехал на занятия в институт. Родители уехали к родичам и я мог делать все что угодно. Погодка была, как в Африке. Всегда зимой мечтая о лете, я сейчас всем сердцем пожалел бедных нигеров, а заодно тех придурков, кто все-таки поехал на занятия.
Внезапно раздался звонок. Идти не хотелось. Этот кто-то позвонил еще раз.
— «Ну ладно уж, уговорили», — проворчал я, и пошел открывать дверь.
Одежду я не надел. Своих, даже девушек стесняться нечего, чужих тем более, послать их и дело с концом. Подойдя к двери, я грозно рыкнул: «Кто там?»
— «Это Катя, Илья дома?»
У меня вроде сроду таких подружек не было, но решив, что надо все таки узнать, чего ей надо, я приоткрыл дверь, высунув только голову. И тут же узнал бывшую подругу моего друга, которая раз была у меня с Борисом. Подружка эта была просто обалденная, но Борис ее бросил, так как девушка была какая-то задвинутая и он ее так ни разу не поимел, и сейчас прятался от нее.
— «Привет», — сказал я.
— «Здравствуй, а Борис не у тебя?
— «Нет, они куда-то ушли, но ты заходи, устала наверное с другого конца города ехать?», — предложил я.
— «Да нет, я пойду, неудобно...»
— «Да все нормально, заходи, родителей нет, сейчас выпьем чего-нибудь холодненького.»
Я приоткрыл дверь, она же, увидев меня в одних обтягивающих трусах, тут же опустила взгляд. Но я все-таки затащил ее в квартиру, пообещав одеться. Ее я отправил на кухню, а сам пошел одеваться. Но надел я только джинсы, так как была такая жарища, что при одной только мысли одеть рубашку меня охватывал ужас.
Когда я вернулся вернулся, она уже сидела на кушетке, положив ногу на ногу. Одета она была в платье, едва прикрывающее ее ноги. Кое-где виднелись мокрые пятна от пота, и я, разглядывая ее округлые груди, вдруг заметил проступивший сквозь платье нежно-розовый сосок.
Да эта девочка была без бюсгалтера! Меня это вдруг так возбудило. Я сходил к холодильнику, по пути немного успокоившись, принес оттуда бутылку «Колы» и взял с полки пару стаканов. Болтая с ней, я заметил ее скованность.
— «Девочке не помешало бы расслабиться, подумал я, и, повернувшись к ней спиной, подлил в стаканы немного водки, — «да и мне тоже», — подумалось, глядя на ее выделившийся сосок.
***
«А у тебя тут уютно», — неторопливо проговорила она, когда мы, выпив спец-"Колы» пошли по квартире.
«А ты где спишь? Можно?», — спросила она и, не дожидаясь ответа, легла на кровать.
«Как мягко...», — потянулась она.
При этом она согнула в колене одну ногу и неторопливо, словно лаская ее, погладила ей другую.
Я, и до этого весь возбудившийся от одного только вида ее совершенных форм, весь погрузился в какой то странный туман, в голове поплыли какие-то разноцветные полупрозрачные круги. Она, словно заметив мой полный желания взгляд, улыбнулась.
Я, уже не сдерживаясь, присел рядом и прильнул к ее губам. Это был словно другой мир, в котором не было таких понятий, как время, сам мир, казалось, перестал существовать. Во всей Вселенной были только я и она. Прошла вечность, когда мы разъеденили наши губы. Она приоткрыла свои прекрасные глаза, и я утонул в них весь без остатка.
— «А как ты, считаешь», — спросила она томно, полушепча эти слова, ее губы манили меня каждым своим движением, — «я красивая?»
— «Да...» только и смог сказать я, — «любой парень может только мечтать о тебе».
— «А ты?», — снова полувздохом-полусловом произнесла она, прижимаясь ко мне своей прекрасной нежной грудью, скрытой лишь легкими покровами тонкой ткани.
Я, весь исполняясь неги и прижимая ее к себе, ласкал ее сквозь одежду, почти незаметную, но скрывающую ее прекрасное тело от моих глаз. Я стал расстегивать ее платье, не прекращая ласкать ее, потом снял его, а она вздыхая с полуприкрытыми глазами, все более и более возбуждалась, становилась все
